Она вновь рассмеялась. – Давайте лучше посмотрим поближе.
Ева ступила на пол и чуть присела потрогать стекло. Маленькие рыбки-краснозубки стайкой подплыли к стеклу, девушка постучала и стайка запестрела вдали. – Ой, а это что?
– Это барракуды и циклиды, – ответил султан, склоняясь над Евой и просто сходя с ума от опьяняющего аромата страсти, исходящего от её шелковистых волос.
– Ой, у них во рту мальки. Ах! Выплыла целая стая детишек, - захлопала Ева от радости.
– Эти рыбы при приближении опасности всегда прячут своё потомство в рот. Материнский инстинкт.
– Как здорово. А эта рыбка мёртвая?
– Нет, – улыбнулся каким-то неестественным оскалом, султан. - Пока нет. Это рыбы-псевдопокойницы. Вот, смотрите что будет.
Вокруг мертвой рыбы проплывали крупные хищники, какие-то рептилии, но стоило только показаться рядом небольшой сардинки, как эта покойница внезапно ожила и резко захватила в пасть бедную жертву. Ева вскрикнула, но вновь захлопала в ладошки и залилась весёлым смехом.
Гостья еще что-то спрашивала, а султан всё отвечал, наклоняясь к ней, и когда он понял, что эта маленькая Богиня добилась того, чтобы перед ней склонился даже султан, он схватил Еву за плечи и сильно сжал их.
– Ай! Вы что? – испугалась Ева. – Держите себя в руках. Затем голосок её задрожал и она уже тише произнесла: – Не надо...
Гасан заметил секундный страх в колдовских глазках девушки и это его еще больше возбудило. «Ага, значит, она меня боится». Он резко надавил ей на точку сводящую плечо с шеей, и Ева безжизненно растянулась на полу.
Толстые ковры устилали деревянный пол-настил. Кровать посреди комнаты была из позолоченного дерева. Над ней висели лампы, сделанные из чистого серебра и украшенные редкими самоцветами. Они были заправлены тонким ароматизированным маслом. «Ах, какая она вся ароматная. Какой овал лица, какие изгибы пантеры, какая ланеподобная грация. А мускус. Ооо…» – застонал султан. Он поедал девушку всю, сразу, - не вприкуску. Она бы и не согласилась на это. Она должна была быть самым отдельным блюдом, самым первым и единственным. «Этот алмаз должен быть в моей коллекции. Я ограню её в самый яркий бриллиант», - вожделенно мечтал Гасан. «Как же соблазнительно даже её дыхание, слега тревожное, но такое нежное, мягкое. О, эти груди – холмы моих необузданных фантазий. Она должна быть первой. Она должна быть моей. Она должна! Должна!»
Последние слова, по-видимому, султан произнёс вслух и громко. Ева, чихнув, от ненавистного ей удушающего запаха сандала, распахнула свои длинные реснички. Тут же выражение её лица приняло угрожающий вид:
– Вы – подлец! Где я?
Султан склонился над ней, лежащей на кровати в том же положении, в котором люди Гасана оставили Еву, проделав с ней на руках путь от корабля в покои дворца султана. Гасан поднял руку:
– Не пугайся, зефир моего сердца. Я не смог противостоять своему недостойному желанию. Позыв подлой плоти сыграл над нами злую шутку.
– Надо мной пошутила Ваша плоть, а не моя, – язвительно процедила Ева, вскочив на диване.
– Прости меня, О, бальзам для моих ран. Но я не дал своим помыслам разыграться и взбунтовать физические порывы насилия.
– И на том спасибо, – осмотрела себя Ева.
– Ты в моём дворце и я хотел бы, чтобы тебе, о, достойнейшая муза Петрарки, понравилось у меня. Ведь я тебе неравнодушен.
Ева округлила глаза.
– С чего Вы взяли, господин Гасан?
– Твои ласковые взгляды и то, что ты согласилась спуститься со мной в нижнюю каюту, это всё указывает на желание, – с придыханием промолвил султан.
Ева улыбнулась:
– Ну, женское кокетство не всегда говорит о желании любви. А хотела уединиться с Вами, потому что у меня к Вам есть вопрос. Важный для меня и я не хотела бы лишних ушей. Но я никак не ожидала, что в Вас разыграется, как это Вы справедливо заметили, позыв подлой плоти, да?
– Какой вопрос, душа моя ненаглядная? Я готов ответить на твой вопрос. Люблю ли я тебя? Да! Очень люблю.
Султан ближе придвинулся, прислонив руку к попе Евы. Она спустилась еще ближе к краю.
– Боже, кто о чем, – застонала девушка. – Совсем с ума сошел от любви. Я же не виновата в том, что такая красивая. Не расстраивайтесь, но я верна другому.
Султан отпрянул назад.
– Я готов убить его! Я брошу к твоим ногам сокровища всех морей и океанов. Я переверну землю ради всех запасов золота. Ты будешь купаться в роскоши…я…я…
– Остановитесь, Ваше величество, – засмеялась Ева. – Мне всего этого не нужно. Вы столь милы и галантны, если забыть Ваш дерзкий поступок с моим похищением. Хотя он как раз делает мне честь. И с Вами я ощущаю себя Богиней. Но…. С ним зато я ощущаю себя женщиной. И с недавних пор это – огромная разница для меня. Понимаете?
– Ты отказываешься? От меня? От роскоши, от власти, от славы?