– Кто говорит?
Полицейский тут же выпрямился, приосанился, щёки увлажнились, а мелкие тусклые глазки мгновенно заслезились касторкой. Он лишь молча слушал, мычал и коротко кивал гиперовальной головой, не решаясь вставить ни одного слова в приказы абонента на другом конце провода. Когда же из глубинных недр эфира раздались гудки, инспектор промокнул платком смуглое с зеленоватым отливом лицо и, потирая толстую шею, тяжелым шагами направился к полицейской Тойоте.
Его путь лежал на Дайяна Бич. Миссия была из пренеприятнейших, – инспектор ужасно не любил связываться с дамочками подобного ранга, от истеричного визжания которых у него постоянно раскалывалась голова, а от проклятий и угроз в его адрес закипали нервы и без того расшатанной системы. Ещё таких принцесс могли опекать тупые костоломы-телохранители, и потому предусмотрительный Крокодиляк захватил с собой на всякий случай двух напарников – детективов де Билло и де Генерато.
Чарли же со своей стороны пробирался к дому Евы самыми узкими тропками, чтобы не попасть в лапы крайне бдительных масаев, а явиться самому по доброй воле. «Главное, чтобы только она была дома, – лихорадочно размышлял наемный убийца. – Главное опередить полицию. Главное – успеть».
И вот перед леди Евой, окруженный разодетой в ливреи охраной дворца и лично Бобом, предстал дрожащий от дождя и страха Чарли.
– Вы кто? – равнодушно спросила королева, не отрываясь от чтения занимательной книжки о каком-то ковбое по имени Моррис.
– Я – Чарли Пауэрс, – сударыня, – робко ответил вошедший и со вздохом опустил голову на грудь.
– Дальше, – все тем же безучастным тоном сказала леди Ева.
– Я работаю на Вашего дядю, – произнес Чарли и поднял голову.
Пальцы королевы автоматически перевернули страницу, не дочитав до конца диалог Мориса и Луизы, и Ева сделала резкий поворот головой в сторону Пауэрса. Её леденящий взгляд пронзил Чарли до самого позвоночника и выстрелил так что матёрый убийца тотчас вновь опрокинул голову на грудь. «Ах, какая леди, – с завистью подумал он. – Настоящая госпожа. Какая стать, какое спокойствие, какое достоинство и нечто, вселяющее страх с непреодолимым желанием упасть перед ней на колени и целовать следы от её туфелек». Пауэрсу стало невыносимо душно, будто его поместили как хомяка – игрушку для принцессы в литровую банку и встряхнули пару раз, для того, чтобы он не сразу потерял сознание, а еще помучился в полёте. Чарли робко попросил стакан воды.
Когда убийца немного пришёл в себя, королева, довольная эффектом, произведенным на постороннего своим видом, спокойно протянула:
– Возьмите себя в руки и расскажите нам, в чем дело?
– Мисс, я…мне срочно нужно увидеть господина Лакли, – с дрожью в голосе промычал Чарли.
Изящная бровь принцессы слегка вспорхнула, но, несмотря на это она хладнокровно произнесла:
– Мне тоже хотелось бы.
– Но Вы же…Вы же сможете передать ему, что его разыскивает Чарли Пауэрс?
– Я не понимаю, о чем Вы меня просите.
– Ему грозит опасность, – испуганно произнес убийца, потирая шею, будто бы на нее висела веревка, а узел слишком давил на кадык. – И Вам тоже.
– Да что Вы говорите! – съязвила Ева, качая головой. – Не от Вас ли она исходит?
Чарли передёрнуло.
– Я из тех, кого наняли, чтобы убить мистера Лакли, – тверже со значением сказал Пауэрс. – Но я не желаю этого, поверьте. Пожалуйста, помогите мне.
Ноги Чарли сами собой задрожали и он, уронив на ковёр стакан с водой, бросился на колени. Королева слегка побледнела. Но стараясь не подавать виду, лениво спросила:
– Почему Вы пришли сюда, а не в полицию?
– Ха! Она куплена Вашим дядей, сударыня, – с горечью усмехнулся убийца. – Умоляю, я буду ждать Лакли на Санта-Монике в таверне «Жало Скорпиона». Я сниму там угол в подвале и я хочу…сдаться. У меня много ценной информации.
Пауэрс застонал и в отчаянии стал кусать себе губы, видя, что его паническая экспрессия ничуть не трогает абсолютно хладнокровную юную леди.
– Боб, – наконец произнесла королева. – Подавайте ужин на веранду. А Вас я не задерживаю.
При этом она окинула холодным взглядом замершую тушу наемника, затем отвернулась и вновь погрузилась в увлекательное чтение, правда, держа книгу вверх ногами.