– Норма! – заорал Лакли. – Беги же!
Девушка, преодолевая боль и слабость в коленках, поползла к ручью. За неё уцепился придавленный колесом фургона Буч, но она судорожно, на сплошных инстинктах самосохранения мёртвой хваткой схватила гранатомёт и со всей силы размозжила прикладом череп ублюдку. Затем нервная волна подбросила её тело вверх, и она полезла на скалу, за которой спрятались Лакли с Чарли. И лишь оглянувшись назад, на труп Буча, её вывернуло наизнанку – ведь она впервые убила человека. Добравшись до Лакли, девчонка прыгнула в воронку и попала к нему в объятия, рыдая и обнимая Морриса.
– Тихо-тихо, дитя моё. Тебе нужно домой, а не сюда.
– Я не хочу домой. Я хочу с Вами, - нервно рыдала Норма.
– Ладно, нам надо выбираться. Вон видите, дамочка с Обероем отряхиваются уже. Только опусти юбку пониже, а то у нас тут один крайне озабоченный субъект, – кивнул он на Чарли, который уже пялился на нежные прелести девушки, заметив отсутствие трусиков.
– Я с малолетками не связываюсь, – брезгливо процедил Пауэрс.
Разговор оборвал взрыв соседней скалы. Это Чара достала гранатомёт и пустила снаряд в сторону водопада. Гора загудела. И как-то странно. Под ногами словно вибрировал ток. Сдвигались слои горных пород. Ох, не надо было стрелять. Ох, не надо было.
– Лакли! – захрипел Оберой. – Не раздражайте меня. Теперь я убью вас троих.
– Вперёд, – скомандовал своим спутникам Лакли.
Шаг за шагом, петляя зигзагами и укрываясь от снарядов, они ползли к плато, где находился спасительный грот – тот самый, в котором Лакли когда-то обнаружил колодец. Только бы доползти. Только бы ничего не случилось. Силы уже были на исходе. Норма стонала, но ползла, закусив воротник блузы, - для возбуждения ненависти, которая сейчас придавала сил, да и чтобы не кричать. «Мужественная девушка», - оценил Лакли. Чего не скажешь о Чарли. Тот суетился на месте и полз по-собачьи. Такое ощущение, что он тем самым говорил: «Стреляйте мне в задницу, но только не в голову».
Где-то сверху послышалось испуганное блеяние. Лакли подумал, что это уже галлюцинации. Но оказывается, после оползня, устроенного обеими враждебными сторонами, два маленьких барашка отстали от стада и теперь находились как раз на вершине плато. «О, вот и обед подоспел», - усмехнулся Лакли.
Но яростная стрельба продолжалась. Оберой уже лез за ними, сдирая обшлага пиджака и сбивая лак с фирменных ботиночек. Чара следовала за ним.
– Ну что, Лакли, - злорадно рассмеялся Оберой. – Этот конец.
Все трое беглецов добрались до плато, и в этот момент просвистел снаряд, разбивший верхнюю над плато скалу, нарушив сейсмическую связь, и огромная лавина из камней хлынула сверху вниз.
– Чара, - крикнул Оберой. – Назад!
Они успели отпрыгнуть с трассы лавины и оказались в крапивнике. Их накрыло лёгкой краснозёмной крошкой и слегка оглушило. Когда бандиты подняли головы, то плато уже не существовало. На его месте вырос дымящийся курган, по которому нёс свои бурные воды, разросшиеся за последние часы, мощный кипящий от возрастающей агрессии водопад. И это был уже не тихий мирный дедушка-водопад. Это был водопад – Смерть. Оберой поднялся наверх и обнаружил, как из-под камней растекается что-то красное. Это была кровь. Он расхохотался во весь свой голос:
– Всех троих одним ударом! Наконец-то! Есть Бог на свете! Ну, Лакли! Так кто победил? Я предупреждал. Что передать невесте? А? Впрочем, я знаю что!
Оберой, как полоумный, заскакал по горе и вприпрыжку помчался к фургону.
Глава 18 И грустно, и смешно
Внутри пещеры разливалась поистине чернильная темень. Лакли поднёс горящую спичку и разжёг приготовленный заранее хворост. Каменный склеп осветило приятное пламя и сразу стало спокойнее дышать. Грязные, измождённые беглецы весело рассмеялись.
– Как же мы выберемся? – смеясь, поинтересовался Пауэрс.
– Не бойтесь, есть у меня тут ход, – ответил Лакли и похромал к колодцу. – Сейчас выйдем. Сейчас…
Но тут лицо Морриса побледнело.
Из-за тектонического сдвига подземных слоёв в хранилище Женевьевы хлынула вода, и вскоре на поверхности затопленного колодца задрожала синяя водная гладь. Норма подползла к Моррису, прислонилась к его плечу и всё поняла. Лакли шепнул ей: