Рано утром, еще на рассвете, к воротам дома тети Киры приехал белый автомобиль. Его колеса затормозили около кустов репейника. Двигатель замолк и фары погасли. Открылась белая дверь, и из машины вышел высокий мужчина в костюме. Его нельзя было назвать симпатичным, но и на урода он не смахивал. Был и не полный, но и не худой. По морщинам на его лбу можно было сказать, что ему где-то от двадцати пяти до шестидесяти лет. В общем, ни рыба, ни мясо. Что же вот находят в нем девушки?
А что-то, да находят. Например, Диана. Она всю ночь не могла сомкнуть глаз, все ждала его у окна. Спать ей не хотелось, у нее было только одно желание – чтобы ее принц приехал и забрал ее из этого ада.
Как только из окна она увидела знакомую машину, девушка сорвалась с места и выбежала из дома. Босиком она бежала по утренней росе. Как только Кирилл вошел во двор, она бросилась к нему на шею. Мужчина ответил на ее объятия.
－ Родной мой, я так соскучилась, – вздыхала она, － где же ты пропадал так долго? Мне было так плохо без тебя.
－ Ты сама знаешь. Дела, дела, дела…
Рука об руку они шли к порогу дома. Кирилл оглядел дом, рассматривал все еще незнакомый ему сад. Он никак не мог понять, как его мать смогла променять их родное жилье в Англии и вернуться сюда? Он так редко приезжал сюда ее навещать, потому что здесь ему совсем не нравилось. Большой и шумный город мужчине был больше по душе.
Диана крепко сжимала его руку. Она была безумно счастлива. Наконец-то она не одна в этом проклятом доме. Теперь ей совсем не страшно. Ее принц приехал, чтобы спасти ее и вызволить из заточения, а затем увести в свой замок…
－ Кирюша! – На крыльцо дома вышла тетя Кира. Ее глаза блестели от слез. Она рванулась бежать к сыну с распростертыми объятиями. Кирилл отпустил руку Дианы и прижал к себе мать.
Они вошли в дом. Кирилл принес вещи из машины и оставил в спальне. Он достал из сумок подарки и вручил их женщинам. Кира примеряла у зеркала чудесную зеленую шляпу, попутно расцеловывая сына, а Диане достались завораживающие жемчужные сережки. Она осторожно надела их и встала за спиной тети Киры, чтобы тоже взглянуть на свое отражение.
Тонкая шея, впавшие щеки и заплаканные глаза. Все та же водолазка, скрывающая синие пятна. На этом фоне два жемчужных шарика смотрелись так, как будто находились не на своем месте. Диана заметила хмурый взгляд женщины, который смотрел на нее из зеркала. Хищные глаза будто хотели прожечь в ней дыру.
－ Кирюш, － женщина продолжала поедать глазами Диану, － я тебе постелила в твоей спальне. Специально для тебя сторожила ее.
Невеста оторвалась от зеркала и удивленно открыла рот.
－ Я думала, мы будем ночевать вместе. Мы же женимся…
－ Помолчи! － Кира махнула рукой. － До свадьбы жених и невеста спят раздельно. После – творите, что хотите. А пока - ты будешь спать в гостиной, а Кирилл будет в своей комнате.
Диана опешила. Она бросила взгляд на мужа, пытаясь что-то сказать, но не могла проронить и слова. Кира словно украла ее голос. Девушка пыталась найти поддержку от жениха, но тот лишь кивнул и направился к выходу. Он не стал перечить матери.
Кирилл вновь вышел на улицу, оставив женщин наедине. Кира развернулась в невестке, схватив ее за запястья.
－ Слушай меня внимательно: ты и плеч не обнажишь до свадьбы перед моим сыном! И не перед кем! Не хватало мне такого позора.
Диана ухмыльнулась, что еще больше разозлило свекровь..
－ Вы боитесь, что он разозлится на вас? И правильно сделает. Я сейчас же ему расскажу о том, что вы сделали и мы тут же вернемся в город. А вы останетесь здесь продолжать доживать свои дни!
Тетя Кира покраснела, как рак. Она сжала руки еще сильнее. Диана взвизгнула от боли.
－ Ты думаешь, что он послушает тебя? Ты забыла, где твое место? Ты – никто, а я – мать. Он не посмеет и слова сказать. Уверен, он уже нашел тебе замену. Вот увидишь, он не только до свадьбы с тобой в одну постель не ляжет, но и после!
Кира залилась звонким смехом. Диана побледнела. Она увидела свое испуганное тощее лицо в отражении и по спине пробежали мурашки. На нее из зеркала смотрел труп. А рядом с ее мертвым телом стоял черт. Его черные когти впились в тонкие предплечья, разрывая плоть. Но кровь из ее ран не потечет, ее просто не осталось. Этот злобный черт уже все выпил. Вместо этого из рваных разрезов потекла черная смола. Густая, тягучая и очень липкая. Диана почувствовала ее вонь. Так пахли трупы, так пахла сама смерть. Гнойный запах, словно отверткой, бил в голову. Голова закружилась и ее затошнило. А черт продолжал насмехаться. Где же ангел, который должен спасти ее?