— Сейчас придет этот твой Кирилл, и я ему уши надеру! Чего удумал? Кто ему дал такое право! Никуда ты не поедешь, ты меня понял?!
Внезапно дверь распахнулась и с треском врезалась в стену. В воздухе почувствовался разряд, и запахло гарью.
— Если ты посмеешь мне помешать, я спалю тебе дом вместе с собой, ты меня услышала?! – бешеный вопль, разрезающий гланды, вырвался из Жени вместе с волной истерики, — Ты старая ведьма! Вы все! Вы все знали, все до единого! А я ничего не знал! Я был с ней до последнего, каждую секунду, когда вы все предали нас, отвернулись и отказались. И ты была самая первая. Как ты посмела скрывать от меня мою мать?
— В чем я виновата?... – Рая схватилась за грудь, — Что не сказала о том, что твоя мать проститутка? Что моя дочь так стремилась сбежать от меня, что была готова на что угодно, чтобы греть свою задницу рядом с высшим обществом? Тьфу. Что ее схватили в подворотне и там же забили до смерти?...
Из дверного проема показалась лохматая голова Маленького мальчика. Его лицо было красным от гнева, и мокрым от слез. Он встал двумя ногами на огромную деревянную ступеньку, словно на сцену, и стал вопить:
— Ты не смеешь так о ней говорить! Она делала это ради нас! Ради меня… — Евгений умолк. Его тело словно отказало ему и отключилось. Он рухнул на деревянный пол и стал издавать звуки, подобные всхлипам и крикам одновременно. Осознание пришло, словно копье, пробившее его грудь насквозь. Его мать творила ужасные вещи. Но только зачем? Зачем она пошла на такую жертву? Они могли жить вместе с бабушкой и ни в чем не нуждаться. Евгений посмотрел на бабушку. Он никогда не видел ее такой растоптанной. Его сердце заныло. Неужели она права? Мама сделала это по своей глупости?
Парень медленно поднялся на ноги. Рая продолжала умоляюще смотреть ему в глаза. Он уже готов был в слезах просить ее прощения, но в голову словно впустили яд, вновь отравивший его мысли.
— Зачем ты мне столько врала? Я несколько дней провел в квартире, ожидая ее, когда пришла ты. Ты убеждала меня, что мама обиделась на меня, что она напилась таблеток и лежит в больнице. – Женя сжал кулаки. Бабушка спрятала лицо в ладони, — Когда я хотел поговорить с ней, ты меня не впустила. Когда она умирала, ты не пустила меня с ней попрощаться. Когда ее хоронили, ты даже не взяла меня на похороны! Как ты посмела лишать меня матери? Из-за тебя я не смог в последний раз сказать ей, что люблю ее! А теперь завела меня в это болото, чтобы я гнил так же, как гнила и ты всю свою жизнь. Кто ты такая, чтобы так поступать?
Старушка подняла глаза, и побледнела. Рядом с маленьким мальчиком стояла женщина с черными волосами. Она обнимала его за плечи. Ноги Раи почувствовали холод. Обернувшись, старушка увидела, как по колено погружена в черную холодную воду. Всхлипнув, она зашептала:
— Что я должна была сделать? Я не хотела, чтобы ты все это видел. Я просто хотела защитить тебя от этого. Хотела, чтобы ты помнил маму не такой, какой она стала…
— Поэтому ты заставила меня думать, будто она бросила меня?
Баба Рая не знала что ответить. Она схватилась за голову, и продолжала реветь. Вода поднималась все выше и выше. Ее тело сводило судорогами от холода. Она подняла голову, пытаясь забраться выше хотя бы на несколько ступенек, но увидев то, что было выше, лишилась возможности двигаться.
На самой верхней ступеньке все еще стоял маленький Женя с большими добрыми голубыми глазками. Тот, которого она помнила когда-то. Тот Женя, который уехал от нее несколько лет назад и не навещал ее. Тот Женя, за которым она спешила в тот роковой день. Она хотела как можно скорее забрать его, такого маленького, доброго, наивного и беспомощного. Он стоял и смотрел на нее. Его глаза были полны слезами.
За ним стояло то, что она увидела в той квартире, когда приехала на всех порах из деревни. Он забился в угол своей комнаты вместе со своей собаченкой и ревел. Она понимала, что нужно будет сказать внуку, что произошло, хоть и знала, что он уже все понял. Тощий, растрепанный и агрессивный переросток. Ярость в его синих глазах была совсем не той, что она помнила. Сжимая кулаки, он грозил накинуться на нее и разорвать на куски.