А за его спиной, среди пылающего в кроваво-красном огне дома стояло огромное существо. Огромное мускулистое тело иссиня-черного цвета, а на его плечах бычья голова с огромными рогами и пылающе-красными глазами. Обеими руками он держал шею Евгения и сдавливал. Рая хотела крикнуть ему, чтобы он бежал, но не смогла. Голова ее полностью ушла под воду, и она не могла сделать и вдоха. Ей оставалось только наблюдать, как Евгений берет за шею маленького Женю и начинает его душить…
Все вокруг поглотила тьма. Всепоглощающая и абсолютная. Она лишила любой видимости и слышимости. Никого и ничего. Пусто. Что есть пустота, отсутствие чего-либо? Ничего. Просто ничего.
Мир вокруг нее полностью исчез. Бесконечное черное пространство. Девушке казалось, будто бы она потеряла зрение, и передвигалась на ощупь. Она трогала темноту, которая была одинаково холодной. С каждым новым касанием она слышала вокруг себя жуткий визг, который нарастал все больше и больше. Во рту чувствовался запах крови. Органы внутри нее превратились в фарш. Она уже не чувствовала никакой боли. Диану лишили даже ее.
— Диана! Ты не можешь потише? Я не могу заснуть.
Диана ничего не слышала. Она продолжала изучать новый мир на ощупь. Ее рука потянулась вперед, и на кончике пальца она почувствовала что-то безумно холодное. Что-то кольнуло ее в руку, да так сильно, что темнота залилась белым светом, а визг оглушительным криком. Она сжимала руку сильнее, и свет становился все ярче. Не выдержав, она отпустила находку, и та со звоном упала на пол. Девушка увидела перед своими ногами металлический нож, с пятнами ее крови на лезвии. Аккуратно подняв ее, она резко почувствовала, как ее душу что-то наполняет. Что-то острое, холодное. Гнев. Злоба. Ненависть. Этого никто у нее не отберет.
— Диана, ты меня не слышишь?
Внезапно она стала чувствовать чье-то присутствие в ее пустоте. Этот кто-то очень громко дышал. Дышал так живо, полной грудью. Это раздражало девушку до костей. Она смотрела на отражение своих глаз в лезвии ножа и глубоко дышала, пытаясь себя успокоить, но противный храп резал ей слух все больше и больше. Тишина нарушена. Надо срочно убрать все, что ей мешает. Срочно избавиться от всего лишнего, что мешает ее абсолютной пустоте.
Сорвавшись с места, она бегом направилась искать того, кто присутствовал рядом с ней. Этот кто-то катастрофически не вписывался в ее новый идеальный мир. Мир, где нет боли, страха и страданий.
— Что тебе надо? – Кира в полудреме присела на кровати, как только девушка вошла в комнату, — Что это у тебя?... Господи… Что ты…
Тишина. Ей нужна была только тишина. Для этого нужно сделать только одно. И вскоре тишина настала. Такая теплая, как и жидкость на ее руках, заменявшая кровь в сердце старой ведьмы. Черная жидкость, которая пропитала каждого жителя этой деревни. Каждое дерево, каждый куст и каждую травинку. Даже солнце было создано из этой смолы. И имя этой грязи лишь одно – грех. Грехи, в которых тонет это место, такие тягучие, пропахшие никотином и золой. Все давно в них захлебнулись и погибли. Теперь пришла и очередь Дианы.
Черный автомобиль стоял у калитки в ожидании последнего пассажира.
— Ты все-таки берешь его с собой? – Мария поправляла рыжие кудри, наслаждаясь собой в зеркале заднего вида.
— Что, жалеешь, что мы не берем того сопляка, который рядом с тобой вчера весь вечер крутился?
Девушка бросила неодобрительный взгляд на Кирилла.
— Ну да, нужно было взять твою женушку, для полноты картины. Хорошее бы вышло групповое кино.
Кирилл рассмеялся. Мария слегка подалась вперед, сверкая своими зелеными глазами. Кирилл не выдержал и прильнул к ней. Девушка одарила его коротким поцелуем и отстранила от себя одной рукой.
Вскоре калитка распахнулась, и на улицу вышел Евгений с небольшим чемоданом в руках. Открыв заднюю дверь автомобиля, он закинул свои вещи и уселся следом.
— А где бабушка? – Кирилл обернулся к нему, — Она не станет тебя провожать?
— Она никогда никого не провожает… Не имеет такой привычки.
Парень выглянул в окно, и увидел во дворе дома белую собаку на крыльце, внимательно наблюдающую за происходящим.
— Ее точно нельзя забрать? – С дрожью в голосе спросил Евгений.