Все в одночасье свернулось в одну точку, а затем развернулось в самой изощренной форме. Ели заплясали, птицы стали замертво падать на землю, а по земле стали ходить волны.
Синие глаза, которые только что были наполнены страхом, остекленели. Тело обмякло. Евгений молча сидел на земле с опущенной головой. Его кожа стала мертвенно-желтой, а в груди перестало биться сердце.
— Ты лжешь… — Он пытался отгородиться от этого. На его шее вновь возникла рука, которая сжала его горло и не отпускала. Евгений заплакал. — Но зачем?...
Ева опустилась рядом с ним на колени и подняла обеими руками его тяжелую голову:
— Я люблю тебя, Женя. Люблю.
— Кто ты такая? – Он смотрел ей в глаза, пытаясь почувствовать ответ на его вопрос.
— Это больше не имеет никакого значения.
Запах гари становился все сильнее. Подняв голову к небу, Евгений понял, что небо залилось красным цветом вовсе не из-за заката. Все
деревья полыхали огнем. Они кричали, извивались и ревели. Их ветки трескались, пока горящие птицы терзали их когтями.
— Я должна была спасти тебя. Я своими руками слепила из глины и грязи этот мир только для нас. Я создала каждое знакомое тебе лицо по тем образам, которые ты помнишь. Я нашла их здесь и дала второй шанс и им. Но вы все какие-то неправильные. Я пыталась показать тебе верный путь, вела за собой. Ты все испортил.
— Скажи мне, что я должен сделать, — Женя боролся с приступом истерики, — Я все сделаю…
— Ничего больше делать не нужно. Я породила этот мир, я его и уничтожу. – Ева поднялась на ноги и отвернулась.
Недолго думая, она стала медленно отдаляться от замершего на одном месте парня, который больше не мог двигаться. Огромный монстр с бычьей головой, державший его за шею, лишил его любой воли над собой. Внезапно Ева остановилась:
— Знаешь, а я счастлива. Я смогла показать тебе правду о твоей матери. Теперь твоя душа может быть спокойна. Святая женщина, отдала свою жизнь в жертву ради того, чтобы грехи отца не оставили свет на жизни сына…
Сердце в груди парня вновь забилось. Он сделал глубокий вдох, и перед его глазами снова зацвели красные цветы. Девушка в белом платье, стоящая поодаль от него, развернулась. Это была уже не Ева. Она улыбнулась Жене, так искренне и тепло. Огромный шар солнца висел над ее головой, словно нимб. Она помахала ему рукой, и ее черты лица растворились на знакомом ему лице Евы.
— Где она? Я хочу увидеть ее, хотя бы в последний раз! Ты можешь ее привести? Ты же всех привела…
—Нет. В отличии от остальных, она живет там. – Ева торжественно подняла указательный палец вверх.
Евгений тоскливо поднял глаза в небо, где над его головой кружила огромная стая воронов. Они готовились в любой момент накинуться на него и разорвать на куски.
— Тогда… Если вернешься, передай ей от меня, что я ее очень люблю.
Ева не торопилась отвечать. Она замерла на фоне пылающего леса. Медленно обернувшись, она посмотрела на него глазами, полными слез. Женя никогда еще не видел, как она плачет.
— Прости, я не смогу. Теперь я тоже здесь заложница…
Нужно было бежать. Огонь сейчас поглотит все – и деревню, и болота, и их самих. Но Женя понимал, что это все уже бессмысленно. Это адское пламя – его бремя, его наказание. Оглядевшись, он увидел, что Ева пропала. Никого больше не было. Но теперь он не один. Рядом с ним сотни таких же, как он, заточенных в эти кричащие деревья. Он станет одним из них. Но теперь он точно знает, что здесь нет той, с которой все началось. Это давало его душе хотя бы чуточку покоя.
Огонь плясал и пел, гуляя по крышам домов. Он заглядывал в каждый дом и хозяйничал так, как ему угодно. Накрывал собой все шторы, ковры и мебель. Раскрывая окна, он выглядывал во дворы и улицы. Он пожирал все деревья и кусты, разрушал сараи и бани. Танец огня захватил все пространство. Его беснующиеся языки взмывали высоко в небо. Тут и там обваливались крыши зданий, обваливались стены.
Горело синее крыльцо, превращая его перила в черный уголь. Тлели бархатцы на подоконнике. Пылали кусты роз вместе с белой беседкой. Догорали виноградники в саду. Каждая икона превратилась в золу.