нежные чувства к сыну было совершенно не целесообразно. Вот она и не пыталась. Хоть и любила сына. Вместо
того, что бы проявлять свои чувства сюсюкаясь с ним, мать откупалась: любые самые дорогие игрушки, каникулы
в жарких странах, большие карманные деньги, ну и естественно пожизненная индульгенция на любые его грехи.
Вот только такой подход сильно отдалил их друг от друга.
Сергей рос сам по себе. Матери никогда не было дома, и она совершенно не вмешивалась в жизнь сына. Их
общение по большей части ограничивалось тем, что он приходил к ней или за деньгами, или за подарками, или за
услугой. Только такие товарно-материальные отношение и гены связывали этих по сути дела чужих людей. А
разделяла огромная пропасть отчужденности
Но сейчас не до гордости. Припарковав машину, Сергей трясущимися руками набрал номер. Мысль о том, что
сейчас нужно будет рассказывать обо всем матери, не прибавляла уверенности:
- Алло мам? – в его голосе звучало неподдельное волнение. – Нам нужно поговорить…
- Что ты опять натворил? – деловито поинтересовался приятный, зрелый женский голос. Виктория так же не
питала иллюзий по поводу отношений с сыном и понимала, что есть только две причины, по которым он мог бы
прийти: деньги и проблемы. Судя по голосу – первое можно смело отметать.
- Я поднимусь? – ему казалось, что проще будет рассказать все глядя матери прямо в глаза.
- Давай код домофона 1894, - легко согласилась она.
Прежде чем подняться к матери Сергей выкурил несколько сигарет. Его трясло. Сейчас он переживал не от
того, что сделал, а от того, что придется поговорить об этом с матерью. Как бы там ни было, а он её боялся.
Войдя в квартиру он, прежде всего, снял обувь и оставил её у порога. У матери на счет этого были довольно
строгие правила. Сергей осмотрелся – квартира совершенно не изменилась с его последнего визита. Здесь вообще
редко что-то менялось. Последний ремонт, который тут проводился, Виктория затеяла только потому, что соседи
сверху затопили её. Тогда она и обставила комнату в таком стиле: вместо модных на тот момент стенок,
занимающих все свободное пространство в квартире, женщина предпочла несколько комодов и тумбу, на которой
стоял дорогой телевизор – подарок от благодарного клиента, по которому хозяйка смотрела в основном только
новости – стеклянный журнальный столик, и дорогой кожаный уголок.
Виктория как раз сидела на нем, и пила янтарную жидкость из прозрачного бокала. Её заинтересованный и
пронизывающий взгляд был обращен на него, от чего молодой человек почувствовал себя ещё более неуютно.
Облизав пересохшие губы, он неуверенно заговорил:
- Здравствуй, мам…
- Мам? – иронично перебила его сидящая женщина. – Не Виктория? Видимо в этот раз ты влип по крупному.
Сергей ещё немного помялся, потом неуверенно присел на краешек дивана, и не глядя ей в глаза тихо сказал:
- Ага.
Он не знал что ещё сказать. Как об этом рассказать? А главное, как она отреагирует.
Даже сейчас, он понятия не имел, что творится у неё в голове. Годы, проведенные в зале суда, научили
Викторию оставаться совершенно невозмутимой в любой ситуации. Её лицо всегда оставалось невозмутимой
маской, и это пугало собеседников даже больше, чем та уверенность и сила, которую она излучала.
- Ну, - прервала Виктория затянувшееся молчание. – Ты собираешься меня просветить, или я должна мысли
твои прочитать.
Сергей вздохнул и, не глядя на мать, сознательно начал издалека:
- Не так давно я был в банке и выяснил, что один сотрудник фирмы меня сильно обворовал…
- Тогда пошел бы к своему дяде, - резонно сказала мать.
- Это был Егор, - с тяжелым сердцем сказал Сергей, но к его немалому удивлению Виктория равнодушно
пожала плечами:
- Какая разница? Это все равно к нему.
Сергей изумленно на неё посмотрел. Он, конечно, не ждал истерики или чего-то подобного, но это холодное
безразличие его сильно удивило. Словно то, что могло поставить его на колени, не имело для неё никакого
значения. Собравшись с мыслями, он продолжил:
- Я, наверное, его убил…
- Наверное… - протянула Виктория, словно пробуя на вкус. – Хорошее слово. Ну, ты уж определись дорогой,
от чего я буду тебя защищать: убийство или покушение на убийство.
Сергей молчал. Виктория зашла с другой стороны:
- Скажи хотя бы из-за чего ты на него сорвался.