– Ладно, – ответила Лили, – это еще более-менее понятно…
– Есть еще третья составляющая, – заметил Саймон. – Свидетель – это не просто одновременно фотограф и фотография, но и живая часть картинки, которую снимают. Участник. Свидетель как бы не внутри и не снаружи картинки, он не объективен и не является совершенно независимым. Присутствие Свидетеля при определенных событиях дает бесконечное количество новых возможностей развития сюжета и может в корне изменить ход истории. Влияние Свидетеля на ход истории может быть огромным, потому что он или она – дополнительный рычаг или инструмент воли Господа.
Все эти объяснения казались сложными и совсем не упрощали жизнь Лили, которой в тот момент захотелось заснуть и позабыть обо всем. Однако она сделала над собой усилие, сконцентрировалась и попыталась понять логику его рассуждений.
– Ты хочешь сказать, что без Свидетеля вообще никакой фотографии не получится? Если нет того, кто видит, то и самой фотографии не существует? Я правильно тебя понимаю?
– Почти правильно. Не совсем, но почти, – вставила Анита.
– Господь всегда был Свидетелем, без которого ничего не существовало, – заговорил Гералд. Лили показалось, что он цитирует какие-то тексты. – Бог является Великим Наблюдателем и при этом постоянно присутствует в картинке, которую Он сам создает. Мир многочисленных деталей в этой картинке зависит от Слова Господа и является отражением Их Сострадания, Благодати и Великой Любви.
– При этом Бог является Тем, кто вмешивается и изменяет фотографию, – продолжила Анита. – Важно правильно понимать роль Господа и Их природу. Бог такой, какой Он есть. Без Их любви все в этом мире будет пустым пшиком. – Анита пошевелила пальцами, словно показывала растворяющийся в воздухе дым. – Без Них все, включая нас самих, перестанет существовать.
– А зачем я нужна Господу? – спросила Лили. – Зачем Ему вообще нужен человек-Свидетель?
– Все это, дорогая, – проговорил Гералд, – опять уводит нас к Началу Всех Начал. Богу не нужно ничего, но Бог не будет Богом, если не будет нас, перед Ним преклоняющихся. Жить с Господом – это значит участвовать в мистерии полного присутствия.
Далеко не все из сказанного было Лили понятно, однако все присутствующие убеждали ее не зацикливаться на деталях. Они говорили, что она всего лишь ребенок, а все дети обладают интуицией, которая гораздо важнее логики и знаний. Они говорили, что ей не стоит переживать по поводу того, что она чего-то недопоняла. И без этого все, мол, будет нормально, и волноваться ей совершенно не стоит.
Лили даже не заметила, как в какой-то момент Летти ушла, ни с кем не попрощавшись. Ее напевы прекратились, и она исчезла.
Джон уже собирался показать Ученым их спальни, но Анита подняла руку, чтобы привлечь к себе внимание.
– Постойте, – сказала она. – Мы совершенно забыли о дарах, которые привезли для Лили!
– Действительно забыли! – согласился Саймон. – Но мой дар где-то в багаже, поэтому я попрошу меня извинить и позволить преподнести его позднее. Я передам его завтра.
– Дары? – удивилась Лили.
Она, конечно, чувствовала себя усталой, но любопытство придало ей сил. Она подумала о том, какой подарок приготовил для нее Саймон, и оживилась.
Саймон отошел в угол комнаты, а Анита и Гералд принялись ощупывать свои карманы и вспоминать, куда положили подарки. Женщина нашла свой подарок первой и подошла к Лили.
– Дорогая моя, – начала Анита, – когда я молилась за тебя перед тем, как мы тронулись в путь из наших краев…
– Ты за меня молилась? – удивилась Лили.
– Мы все за тебя молимся, – заявил Гералд. – Молитва – это разговор с Господом о жизни, людях, а также обо всем, что мы считаем важным. Я надеюсь, тебя это не удивляет?
Лили отрицательно покачала головой.
– Ну, так вот, – продолжила Анита, – когда я молилась за тебя, мне на ум постоянно приходили мысли об этом предмете.
Анита раскрыла сжатые пальцы, у нее на ладони лежала серебряная цепочка с небольшим серебряным ключиком тонкой работы.
– Какой красивый подарок! – воскликнула Лили. – Спасибо большое.
Анита опустила ключик на цепочке в ладонь девушки.
– Это очень старый ключ, и с ним связана своя история, или, может быть, сказка. Ты слышала сказку о красавице и чудовище?
Лили отрицательно мотнула головой.
– Неважно. – Анита улыбнулась и обняла девушку. – Лили, это необычное украшение. Это ключ, который может что-то открыть. Что именно, я не знаю. Но ты точно узнаешь, когда придет время.