Лили вставила серебряный ключ в замочную скважину и повернула его. Потом открыла дверь.
Она вошла в уютное и красиво обставленное помещение – комнату с диваном, столом, стульями и книжными полками. Лили узнала эту комнату, потому что уже много раз в ней была. Это было место, в котором ей нечего было бояться.
– Доброе утро! – услышала она голос. – Проходи.
Эти слова произнесла сидевшая около компьютера женщина. Она закрыла ноутбук, сняла очки, положила их на стол, встала и протянула Лили руку.
Женщина была худой и темнокожей, одетой в яркую юбку и блузку. Она казалась благородной, как королева.
– Садись. Чай, кофе?
– Нет, спасибо, – ответила Лили и села в удобное кресло.
Женщина опустилась в соседнее кресло.
– Я не уверена в том, помнишь ли ты меня, но я врач, который помогает тебе пережить последствия трагедии. Меня зовут Эвелин.
Девушка улыбнулась:
– А меня зовут Лили Филдс.
Казалось, женщина-врач была приятно удивлена ее словами.
– Что ж, прекрасно, Лили. Иногда, оказавшись в моем кабинете, ты называлась другими именами, что вполне понятно, учитывая все то, что тебе пришлось пережить.
– Другими именами?
– Да. Иногда ты называла себя Крис, иногда Принцессой.
– А, ну это легко объяснить, – сказала Лили, услышав имена из своего далекого прошлого. Так звала ее мать и мужчины, которые ее использовали. – Но теперь все эти имена мне уже не нужны. Если я собираюсь выздороветь, мне придется привыкнуть к тому, что у меня всего одно имя.
Эвелин чуть приоткрыла губы. Казалось, что Лили снова ее сильно удивила.
– Замечательно. Иногда уходит много лет на то, чтобы пациенты пришли к такому выводу.
– И как давно я здесь нахожусь?
– Около года. Но большую часть времени ты провела в палате, где тобой занимались медики. Чтобы поставить тебя на ноги, потребовались усилия, пожалуй, самых известных специалистов нашей страны. Не знаю, что именно ты помнишь из того, что с тобой было ранее, но ты находилась на грани смерти, когда тебя нашли.
– Я помню. Меня нашли в контейнере. Я была частью живого груза современных работорговцев.
Опять Лили показалось, что своим заявлением она очень удивила женщину. Эвелин снова улыбнулась.
– Прекрасно. Вот об этом и поговорим.
Она взяла со стола папку и вынула из нее лист бумаги.
– Лили, мы получили просьбу от твоей биологической матери. Мы нашли ее с большим трудом. Сейчас она в клинике для наркоманов, где лечится от зависимости. Твоя мать просит разрешения тебя увидеть. Если ты, конечно, готова с ней встретиться.
Лили совершенно не ожидала такого поворота событий. «Главное – верить», – пронеслось в голове девушки. Она посмотрела в окно, чтобы выиграть время и собраться с мыслями.
– Я должна дать ответ прямо сейчас? Пока я не готова сказать что-либо конкретное.
– Нет, ты совсем не обязана давать ответ прямо сейчас. Я просто тебя информирую. Я не сторонница секретов. Вместо секретов я предпочитаю…
– Сюрпризы? – закончила за нее мысль Лили, и женщина рассмеялась.
– Совершенно верно! Хочу также сообщить, что тобой займутся два терапевта, муж и жена. Это новые специалисты, недавно перешедшие в нашу клинику. Ты с ними познакомишься завтра, сегодня их только вводят в курс дел. Я очень надеюсь, что ты найдешь с ними общий язык.
– А что там с Джоном? – эти слова буквально вырвались изо рта Лили.
Эвелин откинулась на спинку кресла и задумалась.
– Ты имеешь в виду Джона, волонтера, который работал в клинике?
– Да, – ответила Лили.
– Джону было уже много лет, и он умер несколько дней назад. Он заснул и не проснулся. Прости, что никто тебе об этом не сообщил.
– Не страшно, – ответила Лили и почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. – Он часто приходил ко мне. Он мне очень нравился. Он был ко мне добр, а вот я не всегда отвечала ему тем же, и он очень многое для меня сделал. Мне его будет не хватать.
Доктор кивнула:
– Горечь от утрат и потерь – чувство, свойственное всему человечеству. Мы помним и чтим тех, кто был важен для нас, но ушел из жизни.
– А что с Летти?
– С Летти? Ты, наверное, имеешь в виду медсестру, работавшую в ночную смену? С ней все в порядке. Очень занятная женщина! Постоянно что-то вяжет и потом дарит мне, но у меня язык не поворачивается сказать ей, что я и понятия не имею, что это такое и что мне со всем этим делать. – Эвелин громко рассмеялась. – Ну, вот сама посмотри. Эту штуку она подарила мне вчера, – с этими словами Эвелин показала ей что-то бесформенное, связанное из шерсти.