На работе царило оживление. Роботы складывали какие-то коробки, у Левандовской в конторе сидела целая толпа ополченцев, похожих в своих маскировочных плащах на супергероев из древних земных кинофильмов, все куда-то бегали, перекрикивались, таскали вещи и оборудование. Несколько жителей из ближайших поселений, откликнувшись на призыв Войцеха, выбирали животных, которых они смогут увезти. Среди местных биолог внезапно увидел детей Левандовской, Татьяну и Станислава, десяти и восьми лет соответственно.
- Таня, Станислав, вы-то что здесь делаете? - ласково спросил он, наклонившись к детям - Почему не дома.
- Вы разве не знаете? - удивилась Таня - нет у нас больше дома.
- Как нет? - Войцех обомлел - Что случилось?
- Ка Бирр ночью напал на наше поселение. В дом попала бомба. Теперь мама боится отпускать нас с кем бы то ни было, и таскает всегда с собой. А почему вы раздаёте своих животных?
- Чтобы вывезти быстрее. А никого не ранило?
- Нет - девочка помотала головой - только крышу повредило немного. Мама больше всех испугалась.
- Так и должно было быть - улыбнулся Войцех и пошёл к Владу.
- Что было ночью у вас в поселении? - спросил он - маленькие Левандовские сказали, что им в дом попали.
- Им попали, а кому-то и полностью снесло. Ты новости не смотришь, Ковальчик? Ночью бой был, орионцы нанесли удар по магнитной дороге.
- И дорога...
- Пострадала немного, в сравнении с поселением. Сейчас ремонтируют.
- Поэтому Левандовская решила форсировать эвакуацию?
- В том числе. Главная причина - эвакуация университета.
- А там-то что?
- То же самое. Ка Бирр напал на город тоже, в районе университета был бой, здание главного корпуса повреждено, окна выбиты. Ректор приказал выехать сегодня же, оборудование и все ценные вещи уже на пути на север.
- Мы будем ждать, пока дорогу отремонтируют?
- Нет, Мирослава настаивает, чтобы мы выезжали на автомобилях. Хелена предлагала вылететь, но ополченцы летательные аппараты использовать запретили, так как их сбивают обе стороны.
- Кошмар...
- Зайди к Мирославе. Она просила.
Бойцы планетарного ополчения закончили свою беседу и покинули контору. Войцех кивнул им и проследовал в кабинет начальницы.
Сидевшая за столом Левандовская была мрачнее тучи, её глаза выглядели уставшими и красными от слёз. Биолог в первый раз видел свою начальницу такой. Голос её звучал немного сипло, но интонация не изменилась. Женщина резко встала, протягивая Войцеху коробочку со стеклянными ампулами.
- Завтра мы выезжаем - сказала она равнодушно - приказываю сегодня вечером добавить яд в пищу или воду всем животным, которых не разберут в течение дня. Простите, если можете.
- Не придётся прощать, Мирослава, я нашёл выход. Местный совет предоставляет мне два грузовика специально для эвакуации питомника. Плюс несколько односельчан с легковушками согласились помочь. Вы можете покинуть биостанцию и эвакуироваться хоть прямо сейчас, а мы к завтрашнему полудню погрузим клетки, и к вечеру догоним вас где-нибудь под Никольским.
Она посмотрела на Войцеха остекленевшим взглядом, словно глядя куда-то вдаль, и он понял, что женщина пребывает в состоянии сильнейшего шока. Возможно, она даже не поняла, что он сказал.
- Идите - холодным тоном ответила Мирослава - идите и поступайте как знаете.
Войцех подумал, что она до сих пор в состоянии шока и скорее всего, даже не поняла, что он ей сказал.
Рабочий день прошёл в режиме аврала. Небезразличные к судьбе животных люди приходили и уходили, увозя с собой кто кролика, кто канарейку или горихвостку, а кто тукана или какаду, а кто и животных покрупнее. Группа детей среднего школьного возраста в сопровождении женщины средних лет, приходившейся матерью одному из них, забрала сразу всех жуков и половину паукообразных, молодая студентка, занимавшаяся на дому разведением бабочек, почла за честь стать спасительницей остальных насекомых, включая даже муравьёв и термитов. Можно сказать, что к концу дня питомник опустел - осталась только ягуар в вольере, несколько грызунов поросёнок и кот. Роботы, ранее ухаживавшие за животными, были аккуратно упакованы в коробки и уехали прочь. В растительно питомнике и вовсе остались одни крупные деревья - силами местного совета и добровольцев удалось сохранить почти всё, включая пустынные и холодолюбивые виды, для которых нужны были специальные герметичные камеры. Мирослава забрала детей, извинилась и укатила домой собирать собственные вещи. Войцех, решив, что оставшимся зверям и птицам ничто не угрожает, так же решил вернуться домой, а на следующий день с утра закончить эвакуацию. С души его упал колоссальный камень. Страх, что какие-то животные не влезут в выделенные советом грузовики, улетучился, а Левандовская, до долгожданного момента спасения оставался всего один день.
Глава 6.
Вечером, когда уставший и довольный Войцех просматривал местные новости, внезапно ожила программа сетевой телефонии. Биолог ответил на звонок, и на экране возникло радостное лицо матери. Чуть дальше, в глубине комнаты, стояла сестра. Они, оставшиеся на оккупированной территории, раньше никак не могли до него дозвониться, но теперь что-то изменилось, и судя по их радостным лицам, в лучшую сторону.
- Вас освободили? - спросил Войцех первое, что пришло ему на ум.
- Нет - мать покачала головой - это вас освободили.
- В смысле?
- Ка Бирр прорвал информационную блокаду - вмешалась в разговор сестра - Теперь мы можем связываться хоть со всей планетой.
Ка Бирр! Значит, его родные всё ещё находятся под властью орионцев. Но тогда как им удалось связаться? Неужели Ка Бирр уже захватил власть и здесь? Войцех оказался в оккупации и сам того не знает? Может, Планетарный Совет капитулировал и вся планета теперь во власти орионцев? Войцех не мог понять, какой вопрос задать первым, но мама сама начала говорить, и всё стало ясно.
Оказалось, что в первый же день оккупации Ка Бирр пообещал островитянам, что они скоро получат возможность общаться с обитателями материка, как и прежде. На прорыв информационной блокады были выделены необходимые ресурсы и военная сила. Орионцы действовали по нескольким направлениям: пытались захватывать ретрансляционные станции и спутники, взламывали компьютерные системы, вели борьбу против глушителей радиосигнала, установленных ополченцами вдоль берега. Мама Войцеха не разбиралась в компьютерных технологиях и в современных средствах связи, и не знала, что именно удалось Ка Бирру, а где он потерпел фиаско, но факт оставался фактом: на некоторое время острова снова стали частью единой информационной системы. Маме и сестре было чем поделиться с Войцехом, жизнь под властью Ка Бирра, к счастью, не оправдала её самых страшных ожиданий, а оказалась вполне терпимой и даже, в некоторых отношениях, лучшей, чем жизнь в Конфедерации Семи Миров. По крайней мере, все островитяне чувствовали постоянное счастье на грани эйфории. Ка Бирр не стал разрушать старые устои, все учреждения работали, как и в первый день, люди чувствовали себя в полной безопасности. Дети ходили в школу, влюблённые встречались, заводы продолжали работу. Тучи роботов всех возможных размеров быстро ремонтировали повреждённую инфраструктуру и дома, силы Планетарного ополчения не атаковали острова и не бомбили их, так что, жители почувствовали себя в большей безопасности, чем до оккупации. Бывшие ополченцы были свободны в пределах архипелага, но попытки организовать побег на материк или подпольное сопротивление решительно пресекались. Были и совсем непонятные явления. Так, многие одинокие люди внезапно влюбились и образовали пары, больные в больнице стали быстрее выздоравливать, в среднем островитяне меньше спали и чувствовали себя бодрее, чем раньше.