- Нанороботы - понял Войцех. Нанороботы в вашей крови. Это они делают регулируют функции ваших организмов, создавая иллюзию счастья или любви. Они же могут влиять и на иммунную систему. Одно время я думал, что тоже заражён.
- Думал? - не поняла мать.
- Да, сейчас уже не думаю. Я в начале февраля сильно болел один день, а потом внезапно почувствовал себя лучше. Был очень бодрым, весёлым, и главное, мои физические характеристики изменились.
- Супергероем стал? - усмехнулась сестра.
- До этого не дошло. Но движения стали более точными и быстрыми. Я словно тренированный боксёр или теннисист. Так же обострилась и мысль. А ещё возник интерес и симпатия к орионцам.
- У нас так же - согласилась мать. Интерес и симпатия к культуре Ориона заметны у всех на островах. И счастье. Постоянное ощущение счастья и радости. Наверное, действительно нанороботы. Но ты сказал, что же не думаешь себя заражённым. Почему?
- Как раз из-за последнего пункта. Счастье. Я глубоко несчастлив и сильно переживаю за всех. Больше всего - за своих питомцев. Питомник переезжает, но без них. Левандовская приказала эвакуировать только персонал и оборудование, а животных убить.
- Какой кошмар!
- Меня это так поразило, что я в прямом смысле слова заплакал. Впервые за много лет, заметь. Если бы я был Ка Бирром и делал микроскопические машины, способные контролировать эмоциональную сферу человека, как думаешь, оставил бы я место в захваченном мною человеке для сострадания животным? Идёт война, какое сострадание? Боевому зомби оно будет только мешать.
- Возможно.
- Как, кстати, вы сами отреагировали на мой рассказ о животных? Что-нибудь чувствуете?
- В основном антипатию к Левандовской.
Сестра кивнула в знак согласия с мамой.
- Вот именно. Это логично. Вы заражены орионскими нанороботами, как минимум, часть вашего сознания контролирует ими. А я, очевидно, нет, поскольку я испытал в первую очередь сострадание и сожаление. Это была такая безысходность и уныние, что ни о какой борьбе за орионцев и речи быть не могло. Отпустило только когда я получил у местного совета грузовики для эвакуации животных.
- Должна признать, что я тоже сильно переживала за тебя, хотя и была уверена в том, что с тобой всё будет хорошо. Или наше предположение о роботах в корне неверно, или они не подчиняют волю человека полностью, а лишь каким-то образом корректируют эмоциональное состояние.
- Скорее всего, второе. Машины есть, иначе не было бы столько счастливых людей в оккупации. Ты помнишь, чтобы во время прошлой войны жители оккупированных территорий массово влюблялись и испытывали эйфорию? Ничего такого не было, потому что Ка Бирр тогда применял другое оружие, нанороботов подобным этим, скорее всего, не было и в разработке. Но если бы он мог контролировать волю человека полностью, разве могло бы быть такое количество попыток побега и организации сопротивления? Все были бы послушны, как роботы. Скорее всего, роботы просто заставляют нервную систем вырабатывать так называемые гормоны счастья, и на этом их функция ограничивается. Люди довольны, люди любят друг друга и не бунтуют, все, кроме самых стойких, на которых эта технология не действует или действует меньше.
- Ладно, сынок, какая разница? Самое главное, что у нас всё хорошо, оккупационные власти поверхностью планеты вообще не интересуются, ополченцы нас не бомбят, а ты жив и здоров. Ведь здоров же?
- Да, конечно.
- Ну вот и замечательно, мы невероятны счастливы, что смогли, наконец, с тобой поговорить. Мы все теперь поняли, что Ка Бирр не так уж плох, во всяком случае, не абсолютное зло, как его иногда рисует наша пропаганда, и хотим только одного: чтобы война закончилась. Судя по всему, победит Ка Бирр, ну и пусть. Ведь мы от этого не пострадаем, только выиграем. Ты как думаешь?
- Да в принципе, так же. Мне орионцы тоже нравятся всё больше. Иногда я даже начинаю думать, как Ка Бирр. Особенно после прочтения работ Вероники Новак.
- Не хочешь вернуться домой? Нас от материка отделяет узкий пролив, ты сможешь, если постараться.
- Прости, мам, но нет. Я пока на материке. Решу, что делать. Созерцание - не моё, ты знаешь. Если я решу, что орионцы правы в этой войне, я буду на их стороне. Если нет - вступлю в ополчение.
- Мы очень волнуемся за тебя, сынок. Ты подумал о нас?
- Всё будет хорошо, мам. Я лишь хочу приблизить конец войны. Просто ждите меня.
- Что ж, ты волен поступать так, как считаешь нужным. Но знай, если с тобой что-то случится, я не переживу. И никакие нанороботы не помогут.
Связь прервалась. Войцех остался наедине со своими мыслями. Нанороботы, Ка Бирр. Может, поэтому он всё больше чувствует себя орионцем? Тогда как понимать такое сострадание к животным? Он меняется, но не так сильно, чтобы заподозрить какой-то контроль сознания. Всё происходит слишком медленно, слишком плавно. С этими мыслями Войцех уснул.
На самом деле, конечно, нанороботы в организме Войцеха были и продолжали свою работу. Были они и в организмах островитян, но действовали по-разному. От островитян требовалось лишь вести себя спокойно и не бунтовать против новой власти. От Войцеха - стать орионским шпионом в тылу никеянцев. И Войцех был не один такой. Десятки людей, чья нервная система оказалась подходящей для микроскопических машин, быстро превращались в копии Ка Бирра, и вскоре они все должны стать узлами грандиозной шпионской сети, опутывающей всю планету.
Глава 7.
Рано утром Войцех проснулся бодрым, полным решимости и надежды. Ему предстояло стать спасителем для нескольких десятков больших и малых животных, оставшихся в питомнике, для чего в его распоряжении было два грузовика и несколько легковых автомобилей, хозяевам которых он сказал, что они не понадобятся, и они укатили на север вслед за основной массой эвакуирующегося населения. Грузовики же были полностью автоматическими, поэтому план Войцеха не задерживал в опасной местности никого из людей, кроме него самого. Он ездил на работу на электровелосипеде, и на этот раз пристегнул к нему небольшой грузовой прицеп, в который можно было положить несколько клеток. Самые большие трудности должны были возникнуть с ягуаром, ведь ухаживавшие за животными роботы уже уехали на север, да и весь персонал, кроме самого Войцеха, скорее всего, тоже, и как самому сладить со зверем, он не представлял. Предполагалось воспользоваться транквилизатором, чтобы усыпить животное, и в таком состоянии довезти до города. В городе был большой зоосад, который мог быть ещё не эвакуирован. Если же сотрудники зоосада уже выехали, предполагалось обратиться за помощью к ополченцам. Двух часов, которые будет спать животное, должно было хватить на всё. С остальными проблем не будет - просто мелкие зверьки и птицы в переносных клетках, которые можно легко поднять и погрузить. Главное - доехать до города, а там уже разберёмся - думал Войцех. Только бы Имбирь был на месте. Старый кот выживет в джунглях и сам, но Войцеху не хотелось расставаться с другом.