– Мэм?
Джудит подпрыгнула.
– Да?
– Мы его нашли.
– Слава богу!
Она пошла за майором, и ее туфли ритмично и четко шелестели в траве: шик, шик, шик. Молодец, девочка. Ты спокойна. Так и держись, что бы они ни обнаружили.
Майор показал в самый темный участок кустарника.
Джудит приближалась медленно, не зажигая фонаря, чтобы свет не испугал Кристиана.
Вот он! Скрючился у ствола большой березы и обхватил голову руками. Не шевелится. Джудит опустилась подле него на колени.
– Джошуа, с вами все в порядке?
Он остался неподвижен.
– Это я, Джудит. В чем дело? Что с вами?
Теперь он ее услышал. Услышал знакомый человеческий голос и понял, что еще не умер. И эта юдоль печали принадлежит ему. Но нужна ли она ему? Нет! Он незаметно для других улыбнулся в свои руки. И по-детски пожаловался:
– Больно.
– Знаю. Пойдем.
Джудит подхватила его под левый локоть, и они довольно легко поднялись на ноги.
– Джудит? Кто это Джудит? – спросил Джошуа, глядя на нее. Затем перевел взгляд на смутные силуэты дюжины мужчин, маячившие на фоне еще темного, но уже набирающего силу первых лучей солнца неба.
– Пора идти. – Это единственное, что он помнил и взял из сознательного мира в бессознательный.
– Нет, Джошуа, не сегодня. Марш тысячелетия кончился. Мы в Вашингтоне. Настала пора вам отдохнуть и подлечиться.
– Нет! – произнес он тверже. – Идти! Идти!
– На улицах слишком много людей. Это невозможно. – Джудит не знала, что сказать. Она его не понимала.
Джошуа упрямо продолжал стоять.
– Я иду!
– А мне с вами можно? Только до забора. Потом пойдете сами.
Он улыбнулся, начал соглашаться, но, почувствовав ее страх, уперся:
– Нет! Ты меня обманешь.
– Никогда! Джошуа, я не могу вас обмануть. Это же я – ваша Джудит.
– Джудит? – Его голос стремительно взлетел. – Никакая ты не Джудит. Ты Иуда. Иуда пришел меня предать. – Кристиан рассмеялся. – Иуда, любимый ученик. Поцелуй меня, покажи, что все кончено. – Он заплакал. – Иуда, Иуда, я хочу, чтобы все кончилось. Поцелуй меня. Я больше не могу выносить эту боль. Это ожидание.
Джудит подалась вперед и встала на цыпочки. Ее лицо оказалось в дюйме от его щеки. Она вдыхала запах его кожи, несвежий, неприятный. Ее губы коснулись его искусанных в клочья губ.
– Вот, Джошуа, все кончилось.
И все было кончено. Один-единственный поцелуй. Раньше он не просил его поцеловать. Что могло бы случиться с Джудит Кэрриол и Джошуа Кристианом, если бы тогда, давно, он захотел ее поцеловать? Наверное, ничего особенного. Но сейчас был конец. Он протянул руки к солдатам.
– Я предан. Мой любимый ученик предал меня смерти.
Люди подошли и окружили его. Джошуа шагнул к ним, но обернулся к Кэрриол:
– Сколько нужно тебе заплатить в наши дни и наше время?
Кончено. Кончено. Кончено.
– Должность. Машина. Независимость. Власть, – отозвалась она.
– Ничего этого я не мог тебе предложить.
– О, все это у меня будет благодаря тебе.
Теперь через кусты, за забор, к безвольно вращающему на холостом ходу лопастями вертолету. Кто-то из мужчин первым запрыгнул в кабину и подал руки Кристиану. Он стиснул их и легко – с его длинными ногами это было нетрудно – поднялся в вертолет. Мужчина склонился над ним и надежно пристегнул к заднему сиденью его плечи и бедра – не ремни безопасности, а настоящая смирительная сбруя. Двигатель вертолета продолжал работать на малых оборотах; Билли решил, что наделает гораздо больше шума, если заглушит его, а затем примется снова заводить.
Кэрриол дождалась, пока возившийся у заднего сиденья человек спрыгнет на землю, и уже готовилась сама подняться в кабину. Но передумала и жестом приказала солдату вернуться в вертолет.
– Рядовой, вы мне можете понадобиться. Пристегнитесь рядом с Кристианом. А я сяду впереди с Билли.
Через лужайку, расталкивая солдат, бежал капитан.
– Доктор Кэрриол!
Она нетерпеливо – хотелось как можно быстрее улететь – свесилась из кабины.
– В чем дело?
– Сообщение из Белого дома. Поступило некоторое время назад. Президент требует вас к себе ровно в восемь.
Черт! Что делать? На ее часах половина седьмого. Уже рассвело, и толпа, которую специально держали на некотором расстоянии от лагеря, разбуженная гулом вертолета, заволновалась. Джудит повернулась к пилоту:
– Билли, сколько времени займет путь туда, куда мы летим?
Пилот запасся на базе необходимыми картами, и их курс был уже проложен.