Влияние Кристиана продолжало расти. Джудит сама удивлялась, как мало сопротивления встречали его идеи. Видимо, потому, что он не отрицал Бога и в силу этого его нельзя было обвинить в греховности и испорченности – недовольны были только те, кто считал свой путь веры единственным угодным Всевышнему. Но в душе Джудит не сомневалась, что его моментальное благотворное воздействие на людей возможно лишь благодаря заключенной в этом человеке удивительной силе. Она ощущалась во время его выступлений на радио и на телевидении, устремлялась к слушателям, окутывала их, проникая глубоко внутрь. Он заставлял верить в то, что говорил, потому что понимал чувства и инстинкты людей, знал их горести и сопереживал ощущению одиночества. Джудит всегда интриговало и одновременно ставило в тупик понятие всеобщей истины. Джошуа воплощал его в себе, но она не могла определить его природы.
Атланта стала только отправной точкой рекламного тура Кристиана. И мозговой центр министерства окружающей среды в лице Джудит Кэрриол, и издательство «Аттика» в лице Элиота Маккензи считали, что его должно увидеть как можно больше людей. В то время как другие авторы обращались к читателям главным образом через средства массовой информации, поездку доктора Кристиана специально спланировали так, чтобы она включала крупные центры переселения, вновь учрежденные города и зоны, которые считались важными и влиятельными. После двух неприятных случаев в магазинах Атланты, где Джошуа подписывал свои книги, от этой практики решили отказаться. В магазины набивалось так много людей, что возникали хаос и давка, и его приходилось срочно увозить. Вместо этого объявлялись его лекции, на которые пускали только по билетам. Билеты раздавались бесплатно, но по предварительным заявкам.
Никто, и тем более Джудит Кэрриол, не знал, как долго Джошуа сможет выдерживать тяготы рекламной кампании, когда ему приестся новизна и все начнет раздражать. Но, решив подготовиться заранее, она поговорила с несколькими видными писателями, киноактерами и с тремя крупнейшими фирмами по связям с прессой и работе с заказчиками. Результаты получились почти одинаковые: рекламные туры звездам быстро надоедают, они приходят в бешенство от большого количества коротких встреч с огромным числом людей, которые задают им одни и те же вопросы. Иногда звезды доходят до того, что собирают чемоданы и, не предупредив и не извинившись, уезжают домой.
Но Джошуа пока не демонстрировал признаков скуки, опустошенности и разочарования. Продолжал беседовать со всеми, кто хотел с ним разговаривать. Более того, поощрял к общению, если его узнавали, подписывал книги всякий раз, когда ему совали их под нос, с чокнутыми и несогласными обходился с профессиональным тактом, с журналистами вел себя выше всяких похвал.
Самое неприятное было то, что рекламный тур все время растягивался. Книгу Кристиана читало все больше людей, и его имя было поистине у всех на устах. Город за городом слали в «Аттику пресс» приглашения для автора. Видя ненасытность публики, Элиот Маккензи отправлял письма в мусорную корзину, пока не получил из Вашингтона предписание обеспечить, насколько возможно, визиты Кристиана во все места, где его хотели видеть. Теперь Джудит Кэрриол не меньше двух раз в неделю приходили из издательства письма, в которых говорилось, что к их расписанию поездки добавлен еще один город.
Одна неделя превратилась в две, две в три, три в четыре – они были уже месяц в дороге, но вконец уставшая Джудит со страхом понимала, что ее спутник только креп и был готов ездить до бесконечности. Как только они покинули Атланту, началась их кочевая жизнь. По вечерам (а иногда и днем, если они посещали несколько небольших поселков) их подхватывал вертолет и переносил в новое место, где они спали урывками в незнакомых постелях. Наутро, самое позднее в восемь, начинался очередной раунд встреч – одна за другой, – пока за ними снова не прилетал вертолет.