Иезуиту не надо было долго рыться в памяти, чтобы выяснить, кто таков данный адресат. Он и ночью мог бы назвать биографические данные начальника оккультного отдела ФСБ.
– Соединяйте! – коротко сказал он, – Здравствуйте Геннадий Борисович, – патокой разлился брат Христофор, когда в трубке щелкнуло соединение.
– Утро доброе брат Христофор, можно я вас так.
– Извольте, извольте. От вас ведь ничего не утаишь.
– А вы и не утаивайте. Я к вам по делу. Можно по телефону, или как?
– Если дело допускает телефонного разговора. Мы с вами не одни в этом мире имеем уши. И даже наши организации не единственные в этом деле.
– Вам решать уважаемый брат. Дело это касается истории Второй Мировой войны.
– Извините, Геннадий Борисович, тогда лучше встретится, где-нибудь на природе. Вот мостик новый построили от Христа Спасителя к Петру Великому.
– Согласен. В полдень вас устроит?
– Отлично до встречи.
Иезуит ехал в машине и думал. История войны. Да там, на сто таких встреч сюжетов. Что ж ему надо? Готов угадать с трех раз. «Евангелие от Андрея». Но мы-то тут, с какого боку? Ладно, посмотрим, сказал слепой.
Посреди пустого мостика стоял, опираясь на перила, импозантный пожилой человек в сером костюме. Светский лев на отдыхе. Брат Христофор даже залюбовался им. Хорош. Всегда приятно, когда противник и внешне элегантен. В их работе всегда приятна элегантность и некий артистизм. Они же не ликвидационный отдел. Подошел, раскланялся.
– Очень приятно познакомится лично. Заочно наслышан сверх меры.
– Взаимно, – не колеблясь, протянул руку чекист, – Давайте прогуляемся. У меня к вам один вопрос.
– Я весь внимание.
– Ваша организация приложила руку к созданию Черного Ордена СС…
– Вы это спрашиваете или утверждаете, – невозмутимо переспросил брат Христофор.
– Я констатирую медицинский факт, – улыбнулся чекист, – Это как раз меня не интересует. Но может в недрах ваших архивов, сохранился состав Малого совета Ордена СС? Это я спрашиваю, – он остановился.
– Это не большой секрет. Минуточку, – иезуит набрал номер, быстро спросил на латыни, – К сожалению нет.
– Тогда более узкий вопрос. Не входила ли в состав рыцарей круглого стола Генриха Гиммлера женщина?
– Входила, – моментально ответил брат Христофор.
– А вы случаем не знаете, кто такова?
– Знаю. Это тоже не секрет. Анна Шпрейгель. Неужели это все?
– Практически я получил от вас все, что хотел. Спасибо за содействие. Рад был познакомиться.
– Еще раз генерал, взаимно. Приятно иметь дело с умным и интеллигентным человеком. Особенно в нашей работе. А можно встречный вопрос? Кстати мне его навеяло вашими вопросами. Заинтригованы?
– Заинтригован.
– Ну, мы ведь иезуиты большие интриганы, судя по историческим рассказам, – собеседник улыбнулся, – Так что можно вопрос?
– Ради бога, если смогу отвечу.
– Он так же прост, как и ваш. В руководстве ВЧК была женщина?
– Их было много. Вообще в высшем эшелоне советской власти было много женщин. Арманд, Коллонтай, Райснер, Жемчужина. Были и в ЧК.
– А в самом верху, рядом с Дзержинским?
– В Коллегии ОГПУ с 1924 года.
– Спасибо.
– А почему этот ваш вопрос навеяло моим?
– Так знаете. В России говорят: «Музыкой навеяло». Извините. Если нет больше вопросов, разрешите откланяться?
– До свидания, уважаемый брат Христофор.
– До свидания Геннадий Борисович, – иезуит пошел в сторону громады Христа Спасителя, на ходу обернулся и крикнул, – Готов поспорить, что вашу девушку из ВЧК звали Анна!
Он шел и думал, что вот теперь наверняка будут искать иезуитский след, который ведет к этим Аннам, а он бы и сам был не против познакомиться с такими очаровательными советчицами в двух великих противоборствующих кланах двадцатого века. К сожалению, они уже ушли, а он еще не успел прийти. Но к чему бы этот светский лев интересовался у него о делах давно минувших дней? Он, конечно же, интуитивно ухватил нить. И вытащил таки свой улов в виде ГПУшной Анны, но что это ему дало для сегодняшней ситуации. Нет, ясно же, что тот чекист просто так не стал бы вспоминать про давно умершую подругу Гиммлера. Хотя по их сведениям она и подругой-то не была. Славилась необычайной, дьявольской какой-то красотой чистокровной арийки. Он читал описание ее портрета. Высокая, стройная с белокурыми волосами до пояса, с голубыми глазами. Настоящая белокурая бестия. Не просто так, вспомнил про нее чекист. Такой просто так маму не поцелует. Уже в машине он попросил, дать ему характеристики всех Анн, что работали в Коллегии ОГПУ с 1924 года. Ответ был ожидаем. Одна из них была личной подругой многих высших чекистов. Внешне была настоящей русской красавицей, как любил подчеркивать Менжинский правая рука Железного Феликса. Выделялась пшеничными волосами, заплетенными в длинную косу на фоне своих чернявых подружек. Звали ее Анна Куусен, она была из карелок и сгинула еще до репрессий середины тридцатых годов, по слухам в Соловецком лагере особого назначения. В каких либо амурах с вождями замечена не была.