Сзади раздались тихие и вкрадчивые шаги. Как рысь крадется, – подумал Андрей, но своим чародейским чутьем понял, что это Айно.
– Думаешь Андрей? О чем?
– О жизни. О пути жизненном. О том, так ли живем, как могли бы или много чего впустую делаем? А может и просто так, на море гляжу, да мысли в порядок привожу.
– Это дело. Можно я рядом на камешке посижу?
– Садись. Чего на камне-то. Камень тепло крадет.
– Мне не страшно.
– Скажи Змеева дева. Что там впереди меня ждет?
– Ты ж пророк!
– Нет, дева это я в Яви пророк, а в Нави я телок! – он засмеялся.
– Молодец! Легко в Нижний мир идешь. В потусторонний мир так и надо идти с легким сердцем. У кого на сердце тяжесть, дело черное, дума гадкая, тому туда ходить страшно. Хочешь знать что там?
– Хочу…. Покажи мне кинжал Айно…
Павел тряс ее за плечо.
– Инна, Айно. Очнись. Тебе плохо?
– Да нет, отвлеклась просто. Задумалась.
– Инна. Это я тебя и себя к новому имени приучаю, – пояснил он, – У тебя подарок Жорика далеко?
– Какой подарок?
– Кинжал этот варяжский.
– Нет, тут рядом.
– Покажи, если не в лом. Страсть как старинное оружие люблю.
– На, смотри, – Айно неожиданно отбросила полу куртки и вынула из висевших на поясе кожаных ножен кинжал.
– Спасибо, – Павел взял кинжал подошел к свету. Он хорошо помнил, что кинжал был без ножен.
Айно неслышно подошла сзади, перегнувшись у него через плечо, спросила:
– Хочешь, расскажу?
– Расскажи.
В руках у Павла был старинный кинжал. То что он был старинный не вызывало сомнения. Сам клинок был похож на пляшущий язык пламени. Хотя он был и серо-стального цвета, но казалось, что по нему пробегает красное сияние. Или это капли крови, накопившиеся в его недрах за долгие годы, мерцали в нем.
– Он из дамасской стали? – спросил Павел, разглядывая тонкий растительный узор на клинке.
– Он из булата, – ответила девушка, – принцип тот же, только сталь тверже. Рукоятка кинжала представляла собой переплетенное тело двух змей. Два хвоста, разделяясь, становились концами эфеса. Потом тело одной змеи превращалось в гарду, защищавшую руку владельца. Голова одной была повернута к клинку, и из ее пасти выходил язык стального пламени, напоминая жало змеи. Вторая голова была навершием рукоятки. В глаза этой змеи были вставлены два рубина.
– Удивительный кинжал, – отдавая оружие, восхищенно вздохнул Павел.
– Это ритуальный кинжал.
– Им что, убивали жертву?
– Да.
– И в какой религии?
– В жертвоприношении Дракону. Это кинжал жриц Дракона, – Айно вспомнила такой же разговор. Это было ужас как давно.
Она сидела на камне, поджав ноги, уперев подбородок в коленки. Волосы падали светлым водопадом, струясь по спине. Вот также как сейчас вертела в руках свой колдовской кинжал. Потом сильным ударом воткнула его в ствол сосны и повела рассказ. Рассказывала она, как рассказывают у костра жрецы и волхвы, как поют на пирах баяны и скальды.
– Там на острове Блаженных кончается дорога в Навь. Там на острове Блаженных, который называют Островом Яблок – Авалоном или Островом Счастья, Островом Туле, есть вход в Нижний мир. Вход на поля радости, вход на Елисейские поля. Вход этот сторожит Ловхи – Хозяйка Нижнего мира. Но Ловхи не хозяйка Нижнего мира, а только сторож ворот к нему. Вокруг врат расстилается Манна – мир мертвых. Не потому, что они там живут, – Айно неожиданно рассмеялась мысли, что мертвые могут жить, и продолжила рассказ, – Мир мертвых – это место, где те, кто пришел с черными мыслями и черными помыслами искать дороги в Нижний мир, теряют возможность вернуться назад в мир людей в Явь. Видно темны были мысли у людей из рода сокола, когда пришли они в тот раз, и когда закрылась для них дорога назад. В этом мире обитает Отсо – черный медведь и Турсас – морской Дракон и Змей и огненная Саламандра. Если же ты пройдешь через этот мир, и они не тронут тебя, то найдешь вход в Навь. Но ты найдешь его только тогда, когда будет у тебя поводырь, потому как в Манне не возможно ничего увидеть человеческим глазом, потому как в Манне – вечная тьма. Тот поводырь, что видит путь в смертельной тьме, откроет тебе дверь. И ты войдешь в Нижний мир. Тот, кто пришел туда со злом – останется там навсегда. Тот же, кто пришел с добром – задаст свои вопросы и получит ответы.