- Прости меня, Иван, но у меня сегодня служба, и я должен подготовиться. Спасибо за беседу, я много почерпнул из нее и для себя. Древний учитель сказал как-то: "Многому я научился от учителей, которые учили меня, но несравненно больше я научился у учеников, которых старался научить сам". Ты пришел ко мне, чтобы я научил жить тебя по Евангелию, а ты сам преподал мне добрый урок. Разреши мне тебя поцеловать как сына, как брата. Иди, проповедуй, неси свет Евангелия всей твари! Да благословит тебя Господь!
Священник трижды осенил Ивана крестным знамением, обнял и поцеловал. Вошла матушка с двумя дочерьми и пригласила Ивана покушать в их доме. Но он вежливо отказался, сказав, что он пришел в Ряснополье к знакомым и там с ними пообедает. И тогда попадья спросила:
- Кто же вы, молодой человек, откуда сами и куда идете? Я так слушала вас!
- Сам я из села Основы. А зовут меня Иваном, я сын Федора Онищенко.
- Онищенко? - всплеснула матушка руками и отступила на шаг, чтобы лучше рассмотреть того, кто назвался этим именем. Священник тоже несколько удивленный посмотрел на Ивана.
И чего только не слышал он о евангелисте Онищенко! И что тот отступник, открыл свою веру и совращает в нее православный народ и что он достоин по делам и словам своим виселицы или на худой конец каторги. И даже он, священник Григорий, неоднократно говорил, что хочет видеть его, хочет наставить, а если не придется наставить, то отлучить от православной церкви, предать анафеме, благословить на пожизненную ссылку. И вот перед ним в образе благословенного им раба Божьего сам Иван Онищенко, которого он, священник православной церкви, не мог не полюбить как брата.
Иван молча приложил руку к сердцу и низко поклонился всем стоящим. Поклонились ему попадья и две взрослые дочери. Не кланяясь, молча стоял отец Григорий...
Этот евангелист уходил. У него свой путь. Он свободен. А ему, священнику, обремененному семьей, связанному обещанием и клятвой при назначении сана, надо оставаться и служить: подавать руку на целование, кропить водой, давать причастие.
Он вздохнул и наклонил голову в знак прощания.
Глава 27. Совещание в Ряснополье
Выйдя от священника, Онищенко перешел снова площадь и пошел по селу, чтобы спросить о Федоте Литвинове, который долгое время служил в Ряснопольской волости писарем. Теперь, как слыхал Иван, Федот примкнул к евангелистам. Проходя мимо православной церкви, Онищенко думал о том, как сегодня будет здесь служить отец Григорий. Свободно ли или стесненно будет он чувствовать себя? Душу человеческую знает только Бог...
Село Ряснополье расположилось на небольшом степном склоне и пересекалось тремя длинными улицами. По дороге встречались люди, но поскольку Иван просто знакомился с селом, то при встрече с ними он лишь вежливо приподнимал картуз. Но вот к нему подошла женщина и улыбаясь спросила:
- Вы брат Онищенко?
- Да. А откуда вы меня знаете?
- А нам уже сообщили, что вы зашли к священнику. Пойдемте к нам. У нас есть договоренность: как только вы приедете к нам, в наше селение, мы сообщим всем и соберемся. Заходите.
В доме, куда он зашел, ему рассказали следующее: назрела потребность в организации церквей. Только в Ряснополье есть около тридцати душ крещенных, да еще в других селах и хуторах. А руководящих нет, уставов, как это делать, нет. Собираются, молятся вместе, но все по-разному и нет благоговения общности. И вот, братья решили собраться и серьезно все обсудить, выработать порядок. Но ждали Ивана, а заодно хотели бы, чтобы был и Герасим Балабан. И сразу же пустили гонцов в те места, где жили братья, которым нужно собраться в этом доме. Помчались верховые, и вскоре избранные собрались. А к Ивану пришел Федот, грамотный и мудрый человек, бывший волостной писарь, и они занялись обсуждением и подготовкой к совещанию, которое было назначено на следующий день. К удовлетворению Ивана все у них шло хорошо, все было похоже, все было к миру.
К вечеру следующего дня в Ряснополье собралось около двадцати человек евангелистов. Приехал с Березовки и Герасим Балабан, по-братски встретивший Ивана.
Совещание открыл Федот Литвинов. Он прочел из Луки 11, 1: "Господи! научи нас молиться", призвал к молитве и прочел повестку дня с вопросами, которые должны были обсудить и по которым хотели принять соответствующие решения.
Вопросы были следующие:
1. Как называться.
2. О крещении.
3. О воспоминании вечери Господней.
4. Об избрании руководящих в церквах.
5. О проповедниках и благовестниках.
6. О браке, молитве о новорожденных, о захоронении усопших, пении в собрании.