Мой взгляд перешел на Мэйсона, который стоял напротив зеркала, показывая удары ногами и кулаками своим восьмилетним ученикам. Они восхищенно смотрели на него, захваченные его властной натурой. Он в своей стихии, глаза светятся радостью, когда он занимается любимым делом.
Алекс засмеялся: «Сильно тебя накрыло, дорогая».
— Что?
— Угу. Ты глаз от него оторвать не можешь, — поддразнил он, заставив меня покраснеть. – Он также без ума от тебя. Это приятно видеть.
— Он может быть властной сволочью, но думаю, оставлю его себе.
— Что-то говорит мне, что ты можешь с ним справиться, — смеясь, сказал Алекс.
— Расскажи мне о своем друге. Он симпатичный?
Глаза Алекса загорелись. «Купер классный. Мы встречаемся всего несколько недель, но мне он действительно нравится. Он веселый и сексуальный. Немного властный тоже».
— Я бы с удовольствием с ним познакомилась.
— Надо будет договориться о вечере. Я уже познакомился с его семьей, поэтому он настаивает на знакомстве с моей.
— Мэйсон рассказал мне о вашей маме. Мне очень жаль. Я знаю, что значит потерять родителей так рано.
— Спасибо. Мэйсон вложил в наше с Паркером воспитание столько же сил сколько и наши тетя и дядя. Не знаю, чтобы мы без него делали.
— Могу я спросить, что стало с вашим отцом?
Алекс посмотрел на меня с сожалением, втянув уголки рта: «Это долгая история с печальным концом. И ее должен рассказать тебе Мэйсон. Дай ему время. Он ненавидит говорить об этом».
— Конечно.
Мэйсон распустил класс и присоединился к нам.
— О чем болтаете?
— Просто рассказываю ей все твои секреты.
— Итак, он до сих пор писается в кровать? – спросила я Алекса, повернувшись к нему.
— Думаю он уже избавился от этого.
Мэйсон дал ему подзатыльник и Алекс отбежал от нас, смеясь.
Я крепко обняла Мэйсона.
— Твой брат действительно славный.
— Я так понимаю, ты говоришь об Алексе.
— Паркер тоже милый, но он отчасти поросенок.
— Что касается его, нет никакого «отчасти», милая. У меня сейчас будет получасовой спарринг бой. С тобой все хорошо? Спина болит? – Он провел рукой вниз по моему позвоночнику.
— Я в порядке. Иди, надери кому-нибудь задницу.
Мэйсон снял свою футболку и подмигнул мне, пока натягивал перчатки. Я рада, что он надел шлем, хотя он и не защитит его красивое лицо.
Парень, с которым у Мэйсона спарринг бой, чуть ниже и довольно худой. Я быстро поняла, что худой и жилистый также означает быстрый. Его удары ногами и кулаками молниеносны. Мэйсон стукнулся перчатками с ним и поздравил за нанесенный удар. Он всерьез засмеялся и поблагодарил парня за удар в лицо. Эти парни сумасшедшие.
Я сосредоточилась на теле Мэйсона, чтобы отвлечься от боли, которая сжимала мой желудок, каждый раз, когда он получал удар. Он двигался грациозно, но агрессивно, и это завораживало. Широкие плечи, переходящие в идеально вылепленную грудь, слегка покрытую волосами. Я вспомнила, какой нежной она ощущалась под щекой, когда я прислонялась к нему.
Пот стекал вниз по его загорелому прессу, пробегая между четко выраженными мускулами, и впитывался в пояс его шорт. Его спина прогнулась, когда он нанес очередной удар, отправляя другого парня на задницу.
Когда он наклонился, предложив свою руку, чтобы помочь ему встать, мой взгляд обратился на ямочки в нижней части его спины. Я обязательно оближу их в следующий раз, когда он будет обнажен. В конце боя Мэйсон показал парню несколько контрударов и предложил поработать над некоторыми движениями до следующего боя.
Я просто хочу отвезти его домой, чтобы он использовал те грациозные движения на мне.
****
Мэйсон засмеялся и потянул меня в кровать вместе с собой, когда я призналась, что мне не понравилось наблюдать как он дерется. «Я съеживалась каждый раз, когда парень наносил тебе удары».
— Он не причинил мне вреда, детка, но мне нравится, что ты беспокоишься обо мне.
— А ты смог бы смотреть, как кто-то бьет меня по лицу?
— Я бы убил его. – Он убрал прядь волос у меня со лба. – Вид твоих ран разрывает меня на части.
— Я в порядке. Я полагаю, мы заключили сделку, Мистер Рид. – Я разделась и потянулась к нему, чтобы стянуть с него шорты.
— О, нет, не так. Сегодня будет по-моему.
— И как это по-твоему?
— Ты ляжешь на спину и будешь делать то, что я тебе скажу. А я буду заставлять тебя кончать, пока ты не потеряешь голос.