И Эверетт прыгнул. Поймал поручень, отдышался, собрался с мужеством. Он победил в бою. Он вывел из строя корабль братьев Бромли. Он путешествовал между мирами. Что по сравнению с этим один метр пустоты? Всего лишь воздух. Эверетт перебрался на другую сторону перил, изготовился и прыгнул. Приземлился на сходни мягко, как кошка. Пара десятков шагов — и он в швартовочном отсеке «Эвернесс».
Когда он вошел в рубку, Сен уже отводила «Эвернесс» от побежденного корабля.
— А капитан?
— Анни в порядке. — Сен кивнула на окно.
Безнадежно разбалансированный «Артур П.» так и стоял вертикально в воздухе. Сходни торчали из носовой части, словно антенна, а по ним карабкалась фигурка в белой рубашке и светло-коричневых штанах, заправленных в сапоги. Ее стегали и снег, и ураганный ветер, но она упорно подтягивалась по перекладинам. Капитан Анастасия Сиксмит увидела свой корабль и помахала рукой.
— Макхинлит, открой грузовой люк, — сказала Сен в переговорную трубку.
— Есть, мэм! — послышался ответ.
— Слыхал? Мэм! Бонару.
Капитан Анастасия, добравшись до самого верха сходней, выпрямилась, бросая вызов ледяному ветру, и широко раскинула руки, приветствуя свой дирижабль. Сен подала его вперед так легко и плавно, что капитану Анастасии осталось только шагнуть в грузовой отсек.
— Капитан вернулась! — крикнул Шарки, как только она появилась в рубке — исцарапанная, вся в синяках и в окровавленной рубашке.
Сен только что не прыгала от радости.
— Мисс Сиксмит, ваша вахта окончена. Ждите дальнейших приказаний. Мистер Макхинлит, займитесь двигателями. Мистер Шарки, вызовите «Артура П.» и сообщите капитану, что мы берем их на буксир как законную добычу. Эти Бромли задолжали мне пальто. Как минимум. Мистер Сингх, благодарю вас от своего лица, от лица своей дочери и команды. Я у вас в неоплатном долгу.
26
Снегопад пришел с востока. Он промчался над Кентом, укутал десятисантиметровым белым покровом набережные Дила и башни Кентерберийского собора, города и деревушки Медуэя, запорошил пригородные поезда, везущие офисных работников и государственных служащих к родному очагу. Ветер закручивал снежинки в восходящих потоках воздуха над трубами Дымового кольца, а его передовые отряды посыпали серебром доки Альберта и Собачий остров, обещая Белое Рождество.
«Эвернесс» возвращалась в порт вместе со снегопадом. Она с трудом ковыляла на четырех из восьми двигателей, да еще и тащила за собой тяжелый груз. В полукилометре за кормой маячил призраком в тумане огромный «Артур П.», словно пойманный на удочку небоскреб. Временами он совсем скрывался из виду, и тогда казалось, что буксирные канаты тянутся от «Эвернесс» в никуда. Позор семьи Бромли невозможно было скрыть от радара. Диспетчеры сразу же заметили, что со стороны пролива движется некая аномалия. Новость за считаные секунды разнеслась по всему сообществу воздухоплавателей, от Парижа До Копенгагена и от Абердина до Амстердама. Даже надменные пилоты пассажирских лайнеров, которые обычно не снисходят до малопочтенных событий из жизни торгового флота, обсуждали известие и бросали в воздух свои стильные фуражки. Анастасия Сиксмит победила могучих братьев Бромли! Да не просто победила, а сокрушила, унизила, опозорила. В порту готовили торжественную встречу с музыкой и фейерверками. Это будет всем праздникам праздник! Пока механики не вернут дирижабль в горизонтальное положение, «Артур П.» будет болтаться над Хакни, подобно гигантскому восклицательному знаку. По обычаю, команду побежденного корабля принимает на борт победитель. Мамаша Бромли от одной мысли о таком афронте принималась плеваться ядом. Они останутся терпеть неудобства на своем перевернутом корабле, и будь все проклято.
Эфир гудел рассказами о подвиге Анастасии Сиксмит, и только она сама не торжествовала. Она сидела у себя в каюте с кружкой горячего шоколада в руках. Лицо ее было мрачнее снеговой тучи. На смуглой коже проступили еще более темные синяки, ухо было сплошь обклеено ярко-желтыми пластырями — в драке ей вырвали сережку. О своем поединке с Кайлом Бромли капитан Анастасия говорить отказалась наотрез. Сказала только: «Я не посрамила свой корабль». Сам Кайл Бромли уж точно ничего не расскажет. Потерпеть поражение от женщины — самый страшный позор.
Мрачность капитана Анастасии вызвали не раны, видимые и невидимые, и не тяжелые повреждения корабля. Причиной был Эверетт Сингх, который стоял перед капитаном и волновался как никогда в жизни.