Выбрать главу

========== Пролог ==========

В районе, где он вырос, со всеми этими большими домами, идеальными лужайками и сияющими машинами, почти все ходили в школу-интернат. За несколько дней до начала осеннего семестра почти все в возрасте от двенадцати до восемнадцати начинали паковать вещи. Зейн не был исключением, хотя и был аномалией.

Дело в том, что собирал он всего одну сумку, в которой книг было больше, чем одежды. В академии у него был целый гардероб, полный штанов с наглаженными стрелками и почти скрипящих от белизны рубашек, свитеров, галстуков - всё идеально по размеру, уже ждёт его. Свитера будут из того же колючего материала, что и в прошлом году. Штаны странного кроя, мешающие свободным движениям. Рубашка с длинными рукавами, бесполезная в следующие пару месяцев, поскольку в ней будет слишком жарко. Он знал, что другие учебные заведения тоже вводят ограничения насчёт формы, но был уверен, что нигде не было таких строгих правил, как в Дисциплинарной Академии МакКиннона (какое тупое название, однако, Зейн не уставал об этом всем говорить).

Тем не менее, в прошлом году он перестал жаловаться на МакКиннон, осознав, что, возможно, это то самое место, где ему и хотелось бы учиться. Родителям он об этом, конечно же, не сказал - ещё переведут в другое место. Так что, хмуро и сжав кулаки, он спустился по лестнице с сумкой, идя к отцовской машине (новой, дорогой, наверняка лучшей в округе).

- Я говорил с твоим директором, - сказал отец, заводя машину. Конечно же, она не взревела или что-то вроде этого. Двигатель работал очень тихо, двигалась она плавно, потому что Яссер Малик, главный исполнительный директор, как указано на его пропуске, водит только лучшие машины.

- Уверен, это был очень увлекательный разговор, - Зейн натянуто улыбнулся. - И что же тебе сказал Барнс?

- Не называй его так, - пожурила его мать. Парень закатил глаза. - Мистер Картрайт, - да, это его настоящая фамилия, но кто в здравом уме будет звать его так? Какая ужасная отсылка к «Симпсонам», - сказал, что у тебя будет новый сосед в этом году. Это замечательно, да, милый? Надеюсь, он повлияет на тебя лучше, чем предыдущий.

- Оу, но мне нравился Джейсон, - Зейн приоткрыл рот, издевательски изображая шок. - Ну, кроме тех моментов, когда он, ну, вы понимаете, этот больной ублюдок пытался прикончить меня во сне.

- Следи за языком.

- Извини, - на автомате попросил прощения парень. Спустя четыре года обучения в МакКинноне ты узнаёшь, что извинения - лучших способ выхода из конфликта с минимальными потерями.

Следующий час родители, к счастью, не пытались вывести его на разговор. Он любил их, правда любил, хоть и злился на то, что его сплавили в эту дурацкую школу. Просто они разные люди, вот и всё. Его родители старались создать видимость идеальной семьи. Они беспокоились о том, что думают соседи и коллеги по работе. Зейну же было на всё это плевать, и он не старался этого отношения скрыть.

По мере приближения к школе внутри него наростало неуёмное беспокойное чувство. Вокруг них сгущалась полоса деревьев, город скрылся за горизонтом. МакКиннон находится не совсем в заднице мира, но одновременно и за границей города. Ближайшее поселение находится в пятнадцати минутах езды или (если знаешь, где срезать) в сорока минутах ходьбы. Расстояние до цивилизации. Говорят, это помогает поддерживать порядок среди мальчиков. Зейн думает, что это из-за того, что в город академию бы никто не впустил.

У МакКиннона есть определённая репутация. Часть этой репутации зависит от факта, что туда принимают самых отбившихся от рук, недисциплинированных парней со всей страны, которые «сошли с верного пути» или «держат путь в никуда, разве что в тюрьму», и превращают в паинек. У этой школы лучшие отзывы от родителей со всей страны, но ученики кажутся слегка… расстроенными прежде чем проходят обряд превращения в уважаемых членов общества.

Чувство внутри ширится, когда они съезжают на грунтовую дорогу, ведущую к академии. Оно не плохое, нет. Это не страх и не отвращение. Скорее, предчувствие чего-то. Чего-то, что мимо воли заставляет потеть ладони и дрожать губы, пока он бездумно глядит в окно.

Комментарий к Пролог

Вопрос к читателям: хотите ли вы видеть большие главы (от 7 и больше страниц) примерно раз в неделю или небольшие главки (2-3 страницы, работа за один присест) почти каждый день? Сделаю так, как вам будет удобней, так что, пожалуйста, ответьте :3

Всех люблю <3

========== Добро пожаловать в МакКиннон ==========

Первое, что бросается в глаза при въезде на территорию академии, — гигантский уродливый фонтан. Это один из тех фонтанов, куда бросают монетки и загадывают желания, в центре стояла невероятных размеров статуя Джереми МакКиннона, основателя школы, нога которого прижимала ко дну мёртвого оленя. Смысла в ней Зейн не видел, но все равно любил этот фонтан. Из него в любой момент можно было вытащить пару четвертаков, когда заканчивались деньги на сигареты.

Следующая вещь — ухоженная лужайка. За школой, незаметно со въезда, расположились футбольное поле и стадион. Лужайка у входа более ухожена, конечно же: идеально зелёная, с автоматическими опрыскивателем, который включается каждые двенадцать часов. Им нельзя и шагу ступить на эту зелёную зону. Это только для родителей, чтобы создать вид престижа и уюта. Уютная ли это школа на самом деле? Никак нет.

И вот, наконец, сама академия.

Дисциплинарная академия МакКиннон выглядит как шаблонная академия. В ней всего два корпуса: главный, кирпичный, оплетённый плющом, с множеством окон, некоторые из них открыты. Он выглядит как чей-то дом (кого-то, у кого дофигища денег), — так думал Зейн.

Вовнутрь приглашают двустворчатые двери, вокруг которых расположились густые постриженные зелёные кустики, они призваны были создавать домашнюю атмосферу. Дальше можно увидеть сад, цветастый и буяющий зеленью, потому что ученики, занимающиеся садоводством как дополнительным курсом, действительно стараются. По нему вас проведут четыре дорожки, каждая — прямо к общежитиям. Здание общежития очень широкие, как кажется с улицы. Они обустроены буквой «С», потому что к зданию лет двадцать назад добавили два крыла.

Второй корпус — это гимназия. Для неё выделили отдельное помещение по многим причинам, но если спросить кого-то из руководства, они будут уверять, что всё из-за потребности в пространстве и нежелания добавлять ещё одно крыло к главному корпусу. В реальности же всё дело было в сдерживании побегов учеников после комендантского часа, у нового корпуса гимназии был такой высокий уровень охраны, что войти или выйти туда в период с восьми вечера до семи утра было чем-то невозможным. Не то чтобы никто не пробовал, но никому так и не удалось.

Его родители остановились на парковке для посетителей, где уже была куча машин, а вокруг шумели другие ученики и их провожатые. Родители Зейна, в отличие от них, парковаться не стали. Мотор всё ещё работал, они повернулись к нему со своих сидений, и парень взял свою сумку.

— Увидимся на Рождество, — пробормотал он, открывая дверь.

— Надеюсь, в лучшем настроении, — сказала его мама. Она открыла свою дверь и тоже вышла. — Давай, Зейн. Обними свою маму, прежде чем уходить. — Он, напряжённый, шагнул вперёд и позволил себя обнять. — Люди смотрят. Не позорь меня.

— Даже и не думал, — пробормотал парень, обнимая её в ответ.

Отец помахал ему из машины, когда мама села обратно. Ну… вот как-то так. Они уехали, оставляя его на переполненной парковке, с сумкой, висящей на опущенном плече. Он старался выглядеть настолько подавленно, насколько только мог, даже пнул пару камешков и прутиков, пока машина не скрылась их виду. А после он закинул сумку повыше и ухмыльнулся.

Да начнётся новый учебный год.

На пути к главному корпусу он миновал нескольких знакомых. Некоторые обнимали родителей и слезливо прощались, другие — жаловались и ругались из-за того, что их оставляют здесь ещё на год. Были и новички. Эти выглядели взволнованно, даже нервно. Они затравленно смотрели на большое здание, сжимали материнские руки и бросали на родителей такой взгляд, словно их как минимум предали: как же, оставят в этом месте. Зейн помнил свой первый год обучения, помнил, что значит быть здесь новичком. Он сожалел им, очень даже, но вскоре для них всё наладится.