Осенью 1908 года Евгений пишет матери о том, что твердо решил оставить училище и поступить в высшее техническое учебное заведение. Просит разрешения и поддержки. Мать отвечает отказом. Ее аргументы — высшее образование стоит дорого, семье неоткуда взять таких денег, а у Евгения нет аттестата о среднем образовании, его не допустят даже к вступительным экзаменам.
Но Чудаков-младший упорствует. В новом письме он сообщает, что все продумал и рассчитал. Аттестат зрелости можно получить, сдав экзамены экстерном. Подготовка к таким экзаменам и сами они должны занять, по его расчетам, месяца два-три. Только в это время он просит мать поддерживать его материально. Далее, сдав экзамены в высшее учебное заведение (в успехе он не сомневается), он обеспечит себе заработок частными уроками. Опыт уроков у него уже есть. Купеческая дочка, двоечница, после нескольких занятий с ним по математике кричит: «Ой, легкота-то!» и сдает на «отлично».
После второго письма Павла Ивановна поняла, что решение Жени вполне серьезно. Скрепя сердце, полная материнской тревоги, она дала согласие и выслала деньги.
Так закончилась жизнь Евгения под сенью родительского крыла и начался ее новый этап, самостоятельный. Первым шагом на новом пути должно было стать полученне аттестата зрелости экстерном.
Экзамены на аттестат зрелости представляли собой в то время труднейшее испытание даже для гимназистов, сдававших курс одного-двух последних классов. Оценки выставлялись по двепадцатибальпой системе. Снисхождений не допускалось. А для сдающих экстерном добавлялись еще дополнительно предметы, которые гимназисты обычно сдавали раньше, в предыдущих классах. Кроме того, к держащим экзамен экстерном предъявлялись особо высокие требования, и часто ответ, за который гимназист мог получить удовлетворительную оценку, у «экстерна» оценивался как неудовлетворительный. Лично для Евгения обстоятельства осложнялись еще и тем, что общеобразовательные предметы, которые предстояло сдавать, в училищах изучались в гораздо меньшем объеме, чем того требовала программа гимназии. А латынь и древнегреческий языки не изучались вовсе.
К решению серьезной жизненной задачи восемнадцатилетний «авантюрист», как в шутку называли его богородицкие друзья, приступил не по годам обстоятельно. Он отправился в городскую библиотеку и просидел там два дпя, листая все относящиеся к делу справочники и «уложения». Выводы сделал такие. Во-первых, поскольку выбранное учебное заведение — императорское Московское техническое училище, самое солидное из технических высших учебных заведений России, — находится в Москве, сдавать экзамены на аттестат нужно там же, чтобы разрыв в требованиях был минимальным. Во-вторых, экзамена по латыни и греческому можно избежать, если получать аттестат не за курс классической гимназии, а за реальное училище. В-третьих, сдавать экзамены имеет смысл при Московском кадетском корпусе, где их принимают в кратчайшие сроки.
Так Евгений Чудаков оказался в Москве. Впервые. Приехал, сиял комнату в дешевом пансионе, отнес документы в кадетский корпус. Документы приняли. Объявили, что за шестнадцать дней надо сдать двадцать три экзамена, в том числе закон божий, историю, иностранный язык, русский язык. Тут же, в коридорах, такие же, как он, поступающие рассказывали, что к ним, «штатским», преподаватели и весь персонал военного учебного заведения относятся с презрением. Придираются по пустякам, выгоняют с экзаменов безжалостно. За минутное опоздание или неопрятный, по мнению офицера-надзирателя, вид могут не допустить к экзамену. Один лишь намек на списывание — остаешься с волчьим билетом. Из пятнадцати экзаменующихся в среднем получить аттестат удается одному.
Услышанное заставило Евгения с еще большим рвением налечь на занятия. Он старался подготовиться к любым неожиданностям, исключить возможности срыва. Занимался по шестнадцать часов в сутки. Осложнений, однако, избежать не удалось. Так, готовясь к экзамену по математике, Женя заранее прорешал из задачника Шапошникова и Вальцова, которым обычно пользовались экзаменаторы, почти все задачи. Точнее, все, кроме одной. Но именно она и досталась Чудакову на экзамене!
С этим осложнением Евгений справился довольно легко — математика всегда была его любимым предметом. Труднее пришлось на экзамене по русскому языку. Он состоял из двух этапов. Первый — диктант, второй — сочинение. Чудаков всегда успевал по русскому вполне прилично, но в последние годы он, как и многие его сверстники, привык обходиться без «ъ» в конце многих слов. В Богородицком училище на это смотрели сквозь пальцы — разумные люди уже тогда оценивали «ъ» в конце слова как ненужный анахронизм.