Вот, например, колесо. Какие силы действуют на него при качении по прямой, при наезде на препятствие, при повороте? Какая энергия тратится на сжатие баллона, на трение? Какой величины усилия и в каком направлении передаются через колесо подвеске и кузову автомобиля? Как выбрать относительно кузова место расположения колеса, его диаметр, давление воздуха в баллоне, способ подвески, чтобы все силовые отношения были оптимальными, автомобиль двигался устойчиво и по прямой, и на поворотах, шарниры подвески служили долго, а износ шин был минимальным? Заново рассчитывать, находить оптимальные соотношения — этому надо учиться, это надо суметь. Иначе поломки, быстрый износ, то, что было с НАМИ-1, Л-1…
А зубчатое зацепление, скажем, в коробке передач? Количество зубьев на каждой шестерне задается заранее. Но какой высоты должны быть зубья? Как глубоко их зацепление? Какой формы они должны быть и из какого материала делаться, чтобы шестерня работала как можно дольше?
За рубежом эти вопросы решались в основном путем дорогостоящих экспериментальных проверок-подборов. Их результаты фирмы держали в секрете, а решения, используемые в конкретных автомобилях, патентовали. Базой для теоретических расчетов по-прежнему служили принципы, выработанные еще в девятнадцатом веке.
Чудаков занялся разработкой общих методов расчета основных узлов автомобиля на современном уровне. Вскоре был опубликован его труд «Новый метод расчета шестерен». В нем предлагался универсальный для любых машин и зацеплений способ проектирования шестерен, который позволял уменьшить их размеры на 25–30 процентов, а износ — в 2–3 раза. Создать новые методы расчета колеса с шиной низкого давления оказалось посложнее. Как обнаружил Евгений Алексеевич, такое колесо имеет в процессе движения пять радиусов!
Надо было заканчивать писать полный курс теории автомобиля, начинать составление инструкций по эксплуатации отечественных автомобилей, простейших курсов устройства автомобиля для шоферов и работников автохозяйств. Даже к самым массовым моделям — ГАЗ-А и ГАЗ-АА — инструкции не прилагались, несмотря на то, что имелись аналоги для фордовских прототипов.
В 1935 году партия выдвинула лозунг: «Кадры решают все». К этому времени Чудаковым уже была проделана огромная работа по обеспечению советского автомобилизма квалифицированными кадрами. Созданная им «Теория автомобиля» стала основным пособием для подготовки автомобильных инженеров. В книге впервые было дапо систематическое изложение вопросов динамики и экономики автомобиля, намечена разработка его устойчивости.
Появившиеся в 1933–1935 годах работы Чудакова «Устройство автомобиля», «Смазка автомобиля», «Автомобили ГАЗ. Устройство, уход, ремонт», рассчитанные на шоферов и работников гаражей, стали самой массовой автомобильной литературой, позволили в короткий срок поднять профессиональный уровень автотранспортников, улучшить эксплуатацию автомобильной техники.
Удивительный дар Чудакова всегда быть современным проявился на этот раз в том, что он, профессор, член-корреспондент Академии наук, сумел оказать непосредственную профессиональную помощь сотням тысяч людей, решая вопросы автомобилизма на всех уровнях и в любых масштабах, как того требовали обстоятельства. Были в то время в советском автомобилестроении и другие крупные фигуры, такие, как директор ЗИСа Иван Алексеевич Лихачев или конструктор Горьковского автозавода Андрей Александрович Липгарт. Но, пожалуй, тем, кого знал каждый шофер, кому писали автомеханики и с кем советовались наркомы, человеком номер один в автомобильном деле в середине тридцатых годов стал именно Евгений Алексеевич Чудаков. В это же время наметилась та тенденция в его деятельности, которую можно назвать отходом от «чистого автомобилизма».
Апрель в 1935 году выдался теплый и какой-то особенно светлый, радостный. Даже прокол шины на полдороге от НАТИ к дому не опечалил Евгения Алексеевича. Он поставил автомобиль у тротуара и, перебравшись через огромную весеннюю лужу, пошел домой «своим ходом». Навстречу шагали строем осоавиахимовцы. К майским праздникам укрепляли на здании огромный портрет Сталина. На тумбы клеили свежий выпуск «Вечерней Москвы». Евгений Алексеевич остановился у газеты.
«…Вчера лорд — хранитель печати господин Иден совершил в Москве поездку на метро…»
«…Вчера вечером из московского порта Дирижаблестроя вылетел в Ленинград учебно-тренировочный дирижабль „СССР В-2“. На всем пути дирижабль, несмотря на ночное время, прекрасно ориентировался по сигнальным маякам и непрерывной радиосвязи…»