Изменился и сам Евгений Алексеевич. В двадцатые годы он превратился из хорошего автомобильного инженера в специалиста высокого класса и широкого профиля, в умелого организатора, опытного педагога. В тридцатые — поднялся еще выше: стал крупным ученым с большим экономическим и социальным кругозором, способным ставить и решать фундаментальные вопросы технического прогресса. Как альпинисту, совершившему восхождение на Монблан, хочется карабкаться на Эверест, но не на Ай-Петри, так и Чудакову хотелось стать директором, но не какого-нибудь, а именно этого, академического, НИИ, столь нужного и науке и стране. Хотелось добиться этого честно, без интриг и служебных маневров.
В какие-то моменты казалось, что осуществить, как задумано, идею нового института не удастся. Но Чудаков не желал изменять своим принципам даже во имя дела. В нем жила какая-то глубинная убежденность в том, что порочный человек и работу будет делать порочно. И вера в то, что правое дело обязательно восторжествует. Тем более что до сих пор его собственные принципы не подводили.
Когда Чудаков организовывал Научную автомобильную лабораторию, для воплощения идеи в жизнь нужно было найти сарай-гараж, два-три лабораторных помещения, простейшее оборудование да подобрать десяток сотрудников-специалистов. Спустя двадцать лет для Института машиноведения потребовалось найти большое здание, раздобыть оборудования на сотни тысяч рублей, а главное — набрать в штат около ста человек высококвалифицированных ученых-исследователей. И все это в то время, когда шла война в Испанип, когда международная обстановка заставляла нас быть настороже, когда наша страна испытывала большие трудности.
Но жизнь продолжалась. И много теплого, хорошего, человечного оставалось в ней.
Вера Васильевна Чудакова бережно достает связку старых журналов. Это «Огонек» 1937 года. Семья стала подписываться на него еще в 1930-м…
«…Всесоюзная Пушкинская выставка. Молодые люди осматривают экспонаты. Подпись под фотографией: „Выставку осматривает праправнук поэта Г. Г. Пушкин — командир Красной Армии…“»
«…Репортаж из Института косметики и гигиены…»
«…Статья доктора И. Вассермана о возвращении зрения с помощью пересадки роговой оболочки…»
«…Советские скрипачи — обладатели наград конкурса скрипачей в Брюсселе: Давид Ойстрах, Лиза Гилельс…»
«…101 день в Арктике, рейд ледокола „Красин“…» «…К 125-летию со дня рождения А. И. Герцена…»
«…В. Маяковский. „Париж“. Очерк. „…Бурже — это находящийся сейчас же за Парижем колоссальный аэродром. Здесь я получил действительно удовольствие…“»
На последних страницах, как обычно, реклама:
«…В 10–15 минут готов обед из трех блюд! Покупайте пищевые концентраты!!! Имеются в продаже: суп-пюре гороховый, каша гречневая, лапшевник с молоком, кисели клюквенный и молочный…»
«…Лучший отдых — путешествие по СССР. Туристско-экскурсионным управлением ВЦСПС на сезон 1937 года открыты туристские маршруты по Крыму, Кавказу, Черноморскому побережью Кавказа, Алтаю, Украине, Заполярью, Волге, озеру Селигер, Беломоро-Балтийскому каналу имени товарища Сталина…»
«…Читайте и выписывайте журнал „Игрушка“…»
«…Лучшие цветочные одеколоны сильного запаха „Мимоза“, „Орхидор“, „Душистый горошек“ — ТЭЖЭ…»
«…Дальневосточные крабы — лучший деликатес. Требуйте крабовые консервы во всех магазинах Главрыбы, в гастрономах, буфетах и ресторанах!!!»
Ровно и спокойно, иногда с чуть заметными юмористическими нотками в голосе Евгений Алексеевич читал подобные тексты, и, как вспоминает один из родственников, многие тревоги забывались.
Для того чтобы добиться не только решения о создании Института машиноведения, но и обеспечить проведение этого решения в жизнь, то есть получить помещение, оборудование, возможность привлечь к работе крупных специалистов, Чудакову пришлось посетить тридцать семь человек — начиная от президента Академии наук СССР В. Л. Комарова и кончая начальниками заводских цехов и заведующими мастерскими. Пришлось доказывать необходимость создания института в нескольких министерствах. На все это ушло немало времени. Но в конце концов летом 1939 года на довольно запущенное, но просторное здание по Малому Харитоньевскому переулку была торжественно водружена мраморная доска с надписью: «Институт машиноведения АН СССР». На кабинете директора института появилась неброская табличка: «Е, А. Чудаков».
Один из главнейших физических законов гласит, что энергия не исчезает. Чудаков шутил, что этот принцип верен не только в физике. Поскольку на создание Института машиноведения Чудаковым было затрачено энергии столько, что хватило бы на два-три подобных института, оставшаяся часть должна была дать некий дополнительный эффект. Так оно и получилось.