«1948. Мост на р. Снежеть – первое опытное пролетное строение, но с клепаными монтажными узлами».
«1949. Мостовой переход установлен. Успех».
«1950. Добился: мосты по этому типу пойдут в серию».
«1951. 31 янв. Канада, устье реки Св. Лаврентия. Рухнул сварной пролет. На Патона вешают всех собак. "Киевский проект отложить! Сварные монтажн. узлы запретить!!!"»
«1953. Орский з-д металлоконструкций – серия св. 100 мостов. По технологии Снежети. Работают на ж. д. до сих пор».
«Sic! 140 км Московско-Киевской ж. д. – мост через р. Болтву; 66 м. Цельносварной (наконец!)».
Почти ежедневно Евгений Оскарович открывал дверь лаборатории сварных мостов – и по очереди подсаживался к каждому сотруднику: «Покажите-ка, батенька, что наработали за прошедший день?»
Разработку проекта вело киевское бюро «Проектстальконструкции», а возглавляли ее Шумицкий и Маракин. Последний был студентом Патона еще на кафедре мостов КПИ и привлекался им к восстановлению Цепного моста.
Патон заранее поставил задачу: проектировать крупные, удобные для сварки блоки. В виде двутавровых балок длиной 29 метров, с высотой стенки – ни много ни мало – в полтора этажа современного жилого дома.
Наконец проект был готов и вынесен на утверждение Совмина УССР. Собрались комиссии, проектная организация, эксперты. Это было 1 апреля 1949 года. И тут Патон сыграл со своими оппонентами поистине первоапрельскую шутку. Встал да и говорит, как об обыденной вещи: «Проект давайте утвердим, но монтажные стыки будем делать не клепаными, а сварными». Что тут началось! Все согласовано, а он ломает почти что утвержденный проект! Но Патон стоял на своем, он был тверд в своих убеждениях: «Мы делаем не просто мост, а уникальное сооружение».
Это было действительно уникальное сооружение, но только через 40 лет после смерти Евгения Оскаровича, в 1995 году, этот мост получит признание Американской ассоциации сварки (AWS) как выдающаяся сварная конструкция, и Институту имени Патона будет вручен Памятный знак AWS. Такого успеха не было бы, если бы на заседании в Совмине Патон не одержал победу. Но он победил!
Он очень хотел завершить начатое, увидеть результат своих многолетних трудов. Но время поджимало. Евгений Оскарович не знал об этом, но жить и работать ему оставалось только два года.
Успех первых опытных мостов, а затем серий в Орске и Кременчуге и помог Патону преодолеть сопротивление. Фронт его противников раскололся, сварку им уже трудно было остановить.
Касаткин разработал рецептуру новой низкоуглеродистой стали Мст-3; Константиновка, откуда не вылезали Фрумин и Лейначук, освоила для нее отличный флюс АН-348. А Георгий Зосимович Волошкевич изобрел вертикальную сварку с принудительным формированием шва, без которой невозможно представить сварное мостостроение. Эта его разработка была удостоена Ленинской премии.
По состоянию здоровья Евгений Оскарович уже не мог постоянно бывать на стройке моста. Врачи позволили ему посетить монтаж один-единственный раз. Весной 1952-го с шофером Колтуновым на подаренном Хрущевым «Линкольне Зефир» Патон добрался до деррик-крана (крана со стрелой и опорной поворотной мачтой). А дальше – пешком по настилу со шпалами, опираясь на чье-то плечо. Его интересовало буквально все.
В июне 1953 года все пролетные строения были смонтированы и все сварочные работы на мосту были успешно завершены. Это была победа. Победа всей многотрудной жизни Евгения Оскаровича Патона.
Когда в 1925 году испытывали на прочность мост имени Евгении Бош, на нем по рельсам трамвая пускали тяжелый, удвоенный товарный поезд – 14 вагонов, груженных песком, по 1450 пудов в каждом. Машинист с самого малого давал полный ход, резко тормозил, силами натяжения проверяя пролет за пролетом. Автору же проекта по традиции полагалось в это время стоять под новеньким мостом, по колено в воде, поскольку он должен был быть абсолютно уверен в надежности моста.
Когда станут испытывать мост Патона, то по нему пустят бронетанковую колонну. Для этого выберут те самые знаменитые «тридцатьчетверки», которые были сварены на Урале – его же, патоновским, швом.
Позже, когда Евгения Оскаровича не станет, мосту присвоят его имя.
Евгений Оскарович Патон умер 12 августа 1953 года на 84-м году жизни. Он похоронен на Байковом кладбище Киева. В последний путь его провожали его тысячи людей.
21 июня 2002 года на территории Киевского политехнического института Евгению Патону был торжественно открыт памятник, созданный скульптором Александром Скобликовым. Скульптура выдающегося ученого и инженера установлена во дворе первого корпуса КПИ, рядом с аудиторией № 2, где Евгений Патон создал первую в Украине кафедру мостов. На постаменте памятника сбоку начертаны слова: «С глубоким уважением к великому учителю, ученому, основателю мировой школы сваривания и мостостроения от студентов и преподавателей Киевского политехнического института». На постаменте памятника спереди написано: «Евгений Оскарович Патон: "С надеждой я смотрю на нашу талантливую молодежь"».