Мой бѣдный Ленской! за могилой,Въ предѣлахъ вѣчности глухой,Смутился ли, пѣвецъ унылой,Измѣны вѣстью роковой,Или надъ Летой усыпленнойПоэтъ, безчувствіемъ блаженной,Ужъ не смущается ничѣмъ,И міръ ему закрытъ и нѣмъ?...Такъ! равнодушное забвеньеЗа гробомъ ожидаетъ насъ.Враговъ, друзей, любовницъ гласъВдругъ молкнетъ. Про одно имѣньеНаслѣдниковъ сердитый хоръЗаводитъ непристойный споръ.
XII.
И скоро звонкій голосъ ОлиВъ семействѣ Лариныхъ умолкъ.Уланъ, своей невольникъ доли,Былъ долженъ ѣхать съ нею въ полкъ.Слезами горько обливаясь,Старушка, съ дочерью прощаясь,Казалось, чуть жива была,Но Таня плакать не могла;Лишь смертной блѣдностью покрылосьЕя печальное лицо.Когда всѣ вышли на крыльцо,И все, прощаясь, суетилосьВокругъ кареты молодыхъ,Татьяна проводила ихъ.
XIII.
И долго, будто сквозь тумана,Она глядѣла имъ во слѣдъ....И вотъ одна, одна Татьяна!Увы! подруга столькихъ лѣтъ,Ея голубка молодая,Ея наперстница родная,Судьбою вдаль занесена,Съ ней навсегда разлучена.Какъ тѣнь, она безъ цѣли бродитъ;То смотритъ въ опустѣлый садъ....Нигдѣ, ни въ чемъ ей нѣтъ отрадъ,И облегченья не находитъОна подавленнымъ слезамъ —И сердце рвется пополамъ.
XIV.
И въ одиночествѣ жестокомъСильнѣе страсть ея горитъ,И объ Онѣгинѣ далекомъЕй сердце громче говоритъ.Она его не будетъ видѣть;Она должна въ немъ ненавидѣтьУбійцу брата своего;Поэтъ погибъ... но ужъ егоНикто не помнитъ, ужъ другомуЕго невѣста отдалась.Поэта память пронесласьКакъ дымъ по небу голубому,О немъ два сердца, можетъ быть,Еще грустятъ... На что грустить?
XV.
Былъ вечеръ. Небо меркло. ВодыСтруились тихо. Жукъ жужжалъ.Ужъ расходились хороводы;Ужъ за рѣкой, дымясь, пылалъОгонь рыбачій. Въ полѣ чистомъ,Луны при свѣтѣ серебристомъ,Въ свои мечты погруженаТатьяна долго шла одна.Шла, шла. И вдругъ передъ собоюСъ холма господскій видитъ домъ,Селенье, рощу подъ холмомъИ садъ надъ свѣтлою рѣкою.Она глядитъ — и сердце въ нейЗабилось чаще и сильнѣй.
XVI.
Ее сомнѣнія смущаютъ:«Пойду ль впередъ, пойду ль назадъ?...Его здѣсь нѣтъ. Меня не знаютъ...Взгляну на домъ, на этотъ садъ.»И вотъ съ холма Татьяна сходитъ,Едва дыша; кругомъ обводитъНедоумѣнья полный взоръ....И входитъ на пустынный дворъ.Къ ней, лая, кинулись собаки.На крикъ испуганный еяРебятъ дворовая семьяСбѣжалась шумно. Не безъ дракиМальчишки разогнали псовъ,Взявъ барыню подъ свой покровъ.
XVII.
«Увидѣть барской домъ не льзя ли?»Спросила Таня. ПоскорѣйКъ Анисьѣ дѣти побѣжали,У ней ключи взять отъ сѣней;Анисья тотчасъ къ ней явиласьИ дверь предъ ними отворилась,И Таня входитъ въ домъ пустой,Гдѣ жилъ недавно нашъ герой.Она глядитъ: забытый въ залѣКій на бильярдѣ отдыхалъ,На смятомъ канапе лежалъМанежный хлыстикъ. Таня далѣ;Старушка ей: — «а вотъ каминъ;Здѣсь баринъ сиживалъ одинъ.