— Ни о чем, милорд.
Эвиас сощурил глаза.
— Отвечай, — это было требование.
— Я вроде как надеялся, что вы нашли свою пару.
— Так и есть, но это касается только нас двоих.
— Тогда к чему эти презервативы? Вот дерьмо. Это не мое дело. Извините.
— Наши отношения только зародились. Джилл совсем недавно узнала о новых расах. Ей нужно больше времени, прежде чем мы добавим детеныша в эту смесь.
— Очень умно.
Эвиас склонил голову.
Фрай пожал плечами.
— Еще раз прошу прощения. Мой язык каждый раз доставляет мне неприятности, — он поклонился.
— Не беспокойся об этом. Я всегда знаю, как занять тебя и твоего брата. Я ценю твою прямоту.
Фрай поднял голову и подмигнул.
— Я счастлив за вас, милорд. Приятного вечера.
Эвиас проводил взглядом удаляющегося гар-ликана, затем повернулся и вошел в свой дом. Он запер дверь и глубоко вдохнул. Многое зависело от следующих нескольких часов. Эвиас никогда раньше не переживал по поводу своей сексуальной активности. Конечно, если бы он все еще выделял гормоны, то было бы легче.
Он провел языком по небу, но не почувствовал в своей слюне ничего особенного. Впрочем, накануне вечером он тоже не ощущал этого.
— Черт, — Эвиас расправил плечи и направился наверх. — Лишь бы все прошло идеально.
Глава 12
Джилл очень нервничала. Она приняла душ, быстро вытерлась и забралась на середину огромной кровати Эвиаса. Там, где она расположилась, прислонившись к изголовью, валялась груда подушек. Сначала Джилл откинула одеяло, открыв свое обнаженное тело, но потом вспомнила о Виналин… сучке. Безупречное тело, которое видела Джилл, заставило ее спрятаться и укутаться в одеяло.
— Это не соревнование, к тому же я лучше. Я не такая тщеславная сука.
— С кем это ты разговариваешь?
Джилл подпрыгнула и повернула голову.
— Ты не издал ни звука. Я не слышала, как ты подошел.
Эвиас приблизился к краю кровати. Радужки его глаз снова начали двигаться, приобретая по большей части серебристый цвет. Они были чертовски сексуальны.
— Кто назвал тебя тщеславной сукой? — он выглядел сердитым.
— Никто. Я думала о Виналин.
— Зачем? — Эвиас нахмурился.
— Может, она и ужасный человек, но у нее действительно потрясающее тело.
— Я даже не заметил, — его взгляд опустился на ее грудь, которая была скрыта одеялом. — Незачем прятаться.
— Мне нравится честность в мужчинах, Эвиас. Ты не мог не заметить, что Виналин само совершенство. Она обладает какой-то сверхъестественной красотой. Порно продюсеры убили бы любого, лишь бы она снималась в их фильмах. Парни заплатили бы целое состояние, чтобы посмотреть, как ее нагибает какой-нибудь сантехник.
Он рассмеялся.
— Мне стыдно признаться, но я понял о чем ты. Так бы ее оценили в человеческом мире, верно?
— Да.
— Хорошо, что я не один из них, — Эвиас подошел к прикроватной тумбочке и поставил на ту большую коробку с презервативами. — Виналин просто раздражает меня, — он перевел взгляд на Джилл. — Не сравнивай себя с ней. Я не допущу, чтобы ты так унижала себя. Ты в тысячу раз привлекательнее во всех отношениях.
Джилл взглянула на презервативы.
— Ты нашел их.
— Конечно, — он повернулся к ней. — С чего бы ты хотела начать, Джилл?
— С поцелуя.
— Как я и планировал, — неожиданно Эвиас развернулся и пересек комнату. — Изменим освещение.
Джилл наблюдала, как он наклонился и стал разжигать камин в углу. Вскоре поленья разгорелись. Затем Эвиас, быстро двигаясь, выпрямился и выключил большую часть света в комнате. Подойдя к шкафу, стоявшему вдоль одной из стен, он открыл его и достал свечи. Джилл улыбнулась, когда Эвиас зажег их, расставив по разным поверхностям рядом с кроватью.
Эвиас был настоящим романтиком. Это удивило и обрадовало ее.
Наконец, он вернулся к кровати. Она прекрасно видела его, но должна была признать, что тусклое освещение помогло ей немного расслабиться.
— Так лучше?
— Да.
— Расслабься, Джилл. У тебя испуганный вид. Обещаю, что сумею доставить тебе удовольствие.
— Все парни так говорят.
— Я не простой парень.
Он был ее крутым гар-ликаном. Лорд клана. Крылышки. Джилл кивнула.
— Раздевайся, — она откинула одеяло, чтобы продемонстрировать свою грудь.
Эвиас тихо зарычал, его завораживающий взгляд остановился на ее теле.
— Красивые.
— Я тоже к ним привязалась, — поддразнила она.
— Думаю, так и есть, — его голос стал более глубоким. Эвиас чуть ли не сорвал с себя рубашку.