– Смягчающую? – Виви буквально загорелась, видимо, уже поняв, к чему я клоню.
– Да, – я кивнула, невольно хватая девушку за руку. – Мне не нравятся здешние правила. Мы тут не живем, а существуем, будто куклы, которым только и дозволяется, что показывать богатство своего мужа. Мне хочется изменить это.
– Но что скажет мастер, когда узнает? – встревожилась Виви.
– А что он скажет? – я глянула на нее. – Это все правда. Он сам мне посоветовал носить не такие открытые платья. А еще пообещал, что сегодня у меня будут новые, более закрытые и удобные.
Насчет удобных я не знала, но надеялась, что так и будет.
– Это хорошо, – служанка облегченно выдохнула.
– А еще у меня есть несколько задумок. Посмотришь?
– Конечно, гера, – Виви улыбнулась, и думать забыв о тех платья, которые до сих пор так и валялись где попало.
Я достала лист бумаги и что-то вроде местного карандаша. Мне до смерти не нравилось здешнее нижнее белье. Да, в нем тепло, но оно убивает всю сексуальность. И пусть я пока не жаловалась на отсутствие внимания со стороны мужа, но ведь нужно смотреть в будущее. Это сейчас, пока я молода, моё тело притягивает его, но ведь так будет не всегда. Конечно, я не знаю, как там будет дальше, но подготовиться на всякий случай не помешает.
Набросав примерно рисунок, показала служанке, попутно объясняя, что и как можно сделать. Я так увлеклась, что изобразила нечто вроде ночных пеньюаров и несколько видов платьев. Рисунки были так себе, но даже так Виви буквально лучилась восторгом. Особенно ей понравилась идея с бельем.
– Не думаю, что это можно будет носить постоянно, – засомневалась она. – Холодно все-таки.
– Тогда можно придумать нечто вроде облегающих штанов, только без верха, теплых и удобных. Или что-то вроде высоких носков, – я нарисовала нечто похожее на чулки. Резинки тут есть, не думаю, что изготовить их будет проблемой.
– Я могу взять это с собой? – Виви посмотрела на меня, осторожно касаясь листков бумаги.
– Конечно, – кивнула, передавая ей грубо сделанные наброски. – Не забудь поболтать с другими служанками. Это место слишком застоялось. Все эти правила нужно менять. Конечно, не сразу. Думаю, что Алану придется выслушать много нового о себе, – я представила, как кто-нибудь предъявляет ему претензии, а он смотрит на него так, словно на свете нет ничего скучнее. От этой картины я засмеялась. Полагаю, что проблем у Алана с этим быть не должно. Тем более он сам мне сказал, а то, что я позволила его словам стать всеобщим слухом, сам виноват. Я хоть и рациональная обычно, но женское начало во мне сильное, и я просто не смогла удержать себя от маленькой мести.
В принципе, только правило с этим переодеванием меня сильно напрягало. Мне хотелось жить, а не проводить девяносто процентов времени сидя на табуретке, пока служанка красит мое лицо и делает новую мудреную прическу. Конечно, красивой быть мне тоже нравилось, но делать это каждый день – нет, увольте. Тем более пока моему лицу не требовалось уделять столько времени, чтобы украсить его. Да и прически можно делать проще.
Когда Виви собиралась уже выйти из комнаты, решив, что мои поручения откладывать в долгий ящик не стоит, в дверь постучали.
Оказалось, принесли новые платья. Я смотрела лежащую на кровати одежду и недоумевала. Как за такой короткий срок Алану удалось не только заказать, но и добиться того, чтобы новые платья были у меня с утра пораньше? И ведь тут было не один наряд, а с десяток.
Виви стояла рядом и восхищенно осматривала новые тряпки. Честно говоря, платья были красивыми. Не слишком открытые, изящно украшенные вышивкой или камнями. Ткани на ощупь приятные.
– И еще, Виви, – начала я, нахмуриваясь. Меня по-прежнему заботила финансовая сторона всего этого. – Шепни по секрету кому-нибудь весьма болтливому: настоящая любящая жена всегда будет беспокоиться о бюджете семьи, не желая слишком сильно волновать своего мужа. Женщина – хранительница семейного очага, а не денежная яма, в которую муж обязан спускать баснословные суммы только для того, чтобы жене было во что нарядиться по десять раз на дню. Конечно, жена должна быть красивой, а муж щедрым, но все хорошо в меру. Излишества – блажь эгоистичных людей.
Я замолчала, проводя пальцами по черному жемчугу, который украшал одно из платьев.
– А не слишком резко, гера? – засомневалась служанка, посматривая на меня взглядом, который я не могла понять.
– Может быть, – пожала плечами. – Можно было и мягче, но тогда до них не дойдет. Ты была когда-нибудь в нищенском квартале? – спросила, поворачиваясь к Виви. – По мне, так чем выряжаться по десять раз на дню в новые наряды, лучше сделать что-нибудь такое, что принесет пользу. Например, почему бы не начать заботиться о бездомных детях или животных? А еще можно помочь калекам. Или обратить свой взор за пределы города.