– Обычно оборотни не владеют магией, но с этим мальчишкой все не так. Надо начать с того, что его зверя с самого детства подавляли до такой степени, что тело решило, что в нем нет никакого зверя. Именно поэтому у него появился магический очаг, который и активировался после того, как его коснулось дитя тьмы. А теперь, когда по какой-то причине магия ведьмы слетела с него, зверь вернулся. И что же с ним произошло, что его зверь начал просыпаться?
Мы все задумались, вспоминая прошедшие дни.
– Мастер? – заговорил Бернард.
– Говори, – Алан кивнул.
– Вагнеру стало плохо после того, как он увидел императора. Я хорошо помню тот момент. Император с семьей прошел мимо и мельком глянул на толпу, в которой стояли и мы. Почти сразу Вагнеру стало плохо. Хотя, как мне кажется, он был сам не свой уже с того момента, как мы приехали в замок. Был тревожным, часто оглядывался по сторонам, моргал чаще обычного, сжимал кулаки, тяжело дышал. Это все, мастер, – сухо, без эмоций, будто отчитывался, рассказал нам Бернард.
Алан на это кивнул, поблагодарив. А потом мы все посмотрели в сторону Адамины.
– И что за магия ведьмы на нем была? И кто такая эта Вева? Вы ведь знаете ее? – спросила я, присаживаясь на свободный стул.
Адамина залпом выпила отвар и подтолкнула ко мне кружку, как бы намекая. Виви дернулась, но я рукой остановила ее, сама вставая и наливая новую порцию не только ей, но и всем остальным. В этом доме я была не женой главы темного клана, а просто Эволет. Уж чаю я могу налить сама? Когда о тебе постоянно заботятся, не давая ничего делать своими руками – это хорошо. Вот только, когда этой заботы становится слишком много – начинает немного раздражать.
– Магия сильная, собственно, как и сама ведьма, которая ее наложила. Магия подавления. Именно из-за нее внутренний зверь был окутан магическими путами и не мог проснуться раньше. А еще я точно могу сказать, что с помощью крови этого мальчишки наводили порчу на кого-то, – Мы с Аланом переглянулись. – А вот Абелия – опасная старая ведьма. Ей годков чуть меньше, чем мне. А еще я знаю, что она всегда ненавидела императорскую семью, – Адамина подняла глаза и посмотрела сначала на меня, потом на Алана. – На них ведь наводилась порча, так?
– Скорее всего, – Алан кивнул. – Только мы не знаем, что именно эта порча делает.
Адамина снова фыркнула.
– Все просто. У них со своими духовными зверями связь хоть и стабильная, но поколебать ее вполне можно…
– Постойте, – Алан поднял руку. – Вы знаете секрет императорской семьи?
Адамина глянула на него как на дурака. Мне пришлось подавлять смешок, который так и хотел вырваться. Я словно бы слышала слова Адамины: «Это у себя в клане он глава и большой человек, а для меня – так просто глупый мальчишка, который и жизни толком не видел. И его вопрос тому подтверждение».
– Сколько мне, по-твоему, лет? Конечно, я знаю. И не только об этом, а о многом другом тоже. Я также знаю, что Давэн в своё время искал следы семьи, которая столетия назад откололась от императорского рода. Он, вот как ты сейчас, когда-то давно сидел здесь, попивая отвар. Я помню, в тот день он жаловался, что напал на след. Нашел какую-то семью, дочь которой выкрали. И показывал мне два дневника, в которых эта девушка описывала свою жизнь. Тогда я не обратила на это внимания, а вот сейчас вспомнила. И судя по тому, что этот мальчик именно оборотень, а не как в императорской семье – человек с духовным хранителем-зверем, то семья эта до сих пор существует.
– А можно как-то отыскать эту семью? – я грела немного озябшие руки о чашку, посматривая на Адамину. – Разве нет никакого заклинания поиска? Ведь у нас теперь есть оборотень, кровь которого может привести нас к его семье. Разве нет? Не получится?
Алан обернулся ко мне, а я неловко улыбнулась, подумав, что сморозила глупость.
– Верно, – прокряхтела Адамина, кивая. – Теперь найти их не составит труда. Ритуал поиска сложный, долгий, требующий тщательной подготовки, но результат будет стопроцентным.
Алан улыбнулся уголками губ.
– Вот только вряд ли эта семья хочет, чтобы их нашли, – сказал он, а улыбка с его лица испарилась, словное ее там и не было. – Они столетиями скрывались, на это должна быть причина. Я не думаю, что они не знали, что император их ищет. Так что там с порчей? – Алан повернулся в сторону Адамины.
– Обычная порча, – пожала плечами ведьма. – Ослабление рода со временем. При такой порче в роду с каждым разом рождается все больше простых людей, независимо от того, сильная кровь у обоих родителей или нет. А все потому, что порча ослабляет их связь с духовными зверями. Если она продолжится, то столетия хватит на то, чтобы императорская семья стала совершенно обычной.