В этот момент я почувствовал, как мой разум накрывает волна неконтролируемой тревоги. Вот же сволота. Воздействует на меня через подаренный клинок. Видимо поэтому мне и позволили пронести его во дворец. Сердце бешено забилось, дыхание стало частым и прерывистым, на лбу проступила испарина.
Император насмешливо улыбнулся и неторопливо сказал:
— Михаил Даниилович, я вызвал вас не для того, чтобы казнить или каким-то образом наказывать. Есть одна проблема, о которой должны знать только присутствующие в этом кабинете и больше никто. Вам это ясно? — Я коротко кивнул, после чего Император перевёл взгляд на Шереметева. — Анатолий Захарович, введите нашего дорогого друга в курс дела.
С кресла поднялся князь Шереметев. Широкие плечи, аккуратно уложенные седые волосы, вышитый золотом мундир и армейские часы на запястье. Лицо его было суровым, а глаза пронзительно смотрели на меня.
— Михаил Даниилович, — начал Шеремет ледяным тоном, — сегодня стало известно, что Архаров Константин Игоревич сбежал из темницы.
Я постарался использовать всё доступное мне актёрское мастерство. Приподнял брови в притворном удивлении и задохнулся от переполняющих меня чувств.
— Что? Сбежал? Но… как такое вообще возможно? Для того, чтобы выбраться из темницы, ему понадобилась бы целая армия! — воскликнул я.
Император сверлил меня взглядом, пристально изучая мою реакцию на слова Шереметева. Затем он задумчиво кивнул:
— Совершенно верно. Из Имперской темницы невозможно сбежать. Именно поэтому его побег вызывает столь много вопросов. Архаров долгое время сидел под замком без единого шанса на спасение. Но стоило вам навестить Константина Игоревича, и вдруг он исчезает таинственным образом. Не кажется ли это вам подозрительным?
Я встретил взгляд Императора прямо и твёрдо, а после постарался унять волнение и сделал голос ровным и уверенным:
— Ваше величество, если бы я и устроил побег Архарова, то только для того, чтобы лично казнить эту тварь.
Волна тревоги внутри стала нарастать. Ещё немного, и она перейдёт в разряд страха, а то и паники. Чёртов клинок. Нужно ещё пошаманить над его рунической формулой.
— Скажите честно. Это вы организовали побег, а после казнили Архарова? Если да, то просто верните тело покойника. Я не стану вас осуждать, более того буду даже благодарен, — по-доброму сказал Император, слегка улыбнувшись.
Отличная ловушка, в которую попадётся лишь конченный идиот.
— Никак нет, ваше величество. Я не связан с пропажей Архарова, — произнёс я, и в комнате повисла гнетущая тишина.
Император сверлил меня взглядом, пытаясь найти хоть малейший намёк на ложь. Чем дольше длилось молчание, тем сильнее нарастала тревога внутри меня, а в глазах Ивана Васильевича появился едва заметный фиолетовый отблеск.
Мне показалось, что ещё мгновение — и абсолюты набросятся на меня, чтобы изрубить на куски. Ведь их руки уже давно лежали на рукоятках мечей, а взгляды не сулили ничего хорошего. В следующее мгновение Император ударил ладонью по столу и поднялся в полный рост…
Глава 5
Иван Васильевич обвёл нас взглядом и стальным голосом произнёс:
— Даю вам месяц, чтобы найти этого выродка. Это всех касается! — гаркнул Император, а его глаза вспыхнули фиолетовым пламенем.
В этот момент я заметил, как абсолюты синхронно вздрогнули. Да и моя тревога усилилась настолько, что даже ноги начали предательски дрожать. Я почтительно склонил голову и ответил:
— Будет исполнено, ваше величество.
— И запомните. Информация о побеге Архарова не должна распространиться. Привлекайте к его поиску только людей, за лояльность которых готовы поручиться собственной головой. Ведь если слухи поползут по Империи, клянусь, вы пожалеете, — угрожающе проговорил Иван Васильевич, а после небрежно махнул рукой в сторону выхода. — Михаил Даниилович, вы свободны.
Поклонившись, я вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой тяжёлую дверь. Похоже, всё обошлось, и мне не придётся воевать против Императора прямо сейчас. Маленькая, но всё же победа. Был соблазн призвать Мимо и отправить его подслушать, о чём будет говорить Иван Васильевич с оставшимися абсолютами. Но в коридоре полно камер, и сделать это незамеченным, у него не выйдет.
Вздохнув, я отправился на выход, раздумывая над тем, как можно ослабить Императора до того, как наши отношения с ним окончательно испортятся?
Кабинет Императора, минутой ранее.
Едва Черчесов закрыл за собой дверь, голос подал Водопьянов: