— Из аномальной зоны вернулся отряд, зараженный червями, после чего в городе началась настоящая резня. Пришлось создать карантинную зону, а после выжечь в ней всё, — вступила в разговор Мария.
Так вот причина их усталого вида. Они спалили кучу своих подданных и теперь не могут спать по ночам? Понимаю. Я бы тоже страдал от мук совести.
— Не переживайте. Скоро я разберусь с Королём Червей, и тогда вы сможете спать спокойно.
Услышав мои слова, Мария едва заметно усмехнулась, будто я нёс какую-то чепуху. Слева остановился новый автомобиль, из которого вывалился толстый мужчина в шёлковом сюртуке. Пот лоснился у него на висках, улыбка сверкала серебряными зубами. Он подошел к нам и обнял Титова, как родного брата.
— Дмитрий Антонович! Ха-ха! Друг мой! — пропел он, и сально зыркнул на Марию. — И красавица здесь? Идёмте, познакомлю вас с семьёй. Там и Васенька приехал, знаешь, как он вымахал с вашей последней встречи? Настоящий жених!
— Прошу прощения, Михаил Даниилович, — шепнул Титов, разводя руками. — Дела светские. Сами понимаете.
Я освободил ему путь, едва заметно кивнув.
— Встретимся внутри.
Мария прошла мимо, взглянув на меня холодно, оценивающе. Раньше она так не смотрела. Раньше её улыбка была лучезарной, сейчас скорее издевательской. Может, проблема в том, что Титов решил выдать её замуж если не за меня, то за сына того толстяка? Поэтому Маша и злится? Ай, к чёрту эти мысли! Чужая душа — потёмки, а душа молодой девы и подавно.
Ко мне подошел статный мужчина с армейской выправкой и наушником в ухе.
— Михаил Даниилович, прошу за мной, — сказал он, указав в сторону арки, стоящей в отдалении.
Вдалеке звучала музыка, а я стоял на проходной, через которую проводили лишь абсолютов. Стандартная проверка, которая таковой не являлась. У меня изъяли всё, кроме артефактного меча, да и его оставили лишь потому, что с его помощью Император мог подавить мою волю. Точнее, они думали, что Император может осуществить подобное.
У меня забрали пространственные кольца, после вышел менталист и проверил мой разум, на случай, если мне промыли мозги. Ничего не обнаружив, он ушел, а его место занял гвардеец с металлоискателем.
— Михаил Даниилович, разведите руки в стороны, пожалуйста.
Я тяжело вздохнул, но выполнил требование. Металлоискатель запищал дважды. Первый раз, когда наткнулся на пряжку ремня, второй — когда встретил меч на перевязи.
— Всё в порядке, проходите, — сказал боец, указав на дверь, ведущую во дворец.
Мраморные ступени сияли в свете ламп, словно приглашали в мир роскоши и интриг. Сквозь высокие окна струился золотистый свет закатного солнца, бросая блики на доспехи стражи. Пройдя по длинному коридору, я остановился у массивной двери и потянул её на себя.
Тишина мгновенно сменилась какофонией: звон бокалов, музыка струнного оркестра, приглушённый смех и шелест платьев. Воздух был наполнен ароматом вина, благовоний и воска. Не знаю, в чём красота, но люстра была не электрической, а свечной. Тысячи свечей пылали над головой, угрожая рухнуть с высоты и сделать какой-нибудь красотке стрижку-вспышку.
Я почти физически ощущал недоверие и любопытство десятков взглядов, обращённых на меня. Пол из чёрного камня отражал порхающие туда-сюда силуэты с кривыми усмешками. Аристократы сбились в группы, словно бараны на пастбище. Они переговаривались, шептались. Их взгляды настороженно оценивали меня, пытаясь понять, стану ли я игрушкой в их руках или нет?
Каждый здесь знал: этот вечер войдёт в историю. Однако никто не мог предугадать, как именно он завершится.
Я заметил, как князь Водопьянов вошел через парадный вход, сверкая лысиной. От этого вида я моментально прыснул со смеху, а ещё возмутился. Его, значит, пропустили через главный ход, а меня заставили проходить тщательный досмотр? Что ж, этот жест красноречивее любых нравоучений от Императора. Ясно как белый день, он мне не доверяет.
Слева к Водопьянову подошел князь Шереметев, с каменным лицом он молча остановился и стал наблюдать, как молодые барышни перешёптывались, бросая на меня взгляды, полные смеси страха и восхищения. Я встретился с Шереметевым взглядом, и тот коротко кивнул, приветствуя меня, я ответил тем же.
На меня снова накатила неясная тревога. Аристократы фальшиво улыбались, у некоторых гостей были стеклянные глаза, некоторые дамы синхронно смеялись без всякой причины. Моё сердце сжалось от мысли: а что если Король Червей управляет ими?
Оркестр заиграл торжественнее, и двери на верхнем балконе распахнулись. В зал вошёл Император Иван Васильевич Романов. Величественный, но с холодной тенью в глазах. Рядом с ним невеста в белоснежном платье, украшенном драгоценными камнями. Она сверкала так, что глаза резало. Невеста держала Императора под руку, а её улыбка выглядывала из-под опущенной фаты.