— Я пытаюсь вытащить нас отсюда целыми и невредимыми, — отвечает тот.
— Черт, мы умрем, — причитает Декс.
Зик теряет управление и врезается в пожарный гидрант. Вода взлетает в воздух. Двери распахиваются, и мы бросаемся наутек. Полиция пускается в погоню. Я понятия не имею, в какую сторону побежали Дэнни, Декс, Тревор или Зик, но мы с Джошем бежим в одном направлении. Я перепрыгиваю через металлический забор, окружающий дом, и с разбегу падаю на землю. Джош следует за мной. Когда слышу стук, я оглядываюсь. Джош висит вниз головой, его нога зацепилась за забор. Я должна бросить этого сучонка, но возвращаюсь, чтобы ему помочь. Перепрыгнув через забор, пытаюсь его освободить. Шнурок его ботинка запутался в металле. Чертовы перчатки мешают мне ослабить шнуровку. Дерьмо.
— Черт, они идут, — предупреждает Джош.
Я стягиваю перчатки.
— Поторопись.
— Я пытаюсь, придурок, — огрызаюсь на него.
Звуки шагов копов все ближе. Когда я освобождаю его ногу, Джош бросается бежать. Я закидываю ногу, готовясь перепрыгнуть через забор, но меня хватают за руку и бросают на землю.
Проклятье.
Полицейские надвигаются на меня и бьют коленом в центр спины. Мне скручивают запястья за спиной и надевают наручники.
Рики будет в ярости.
Глава 18
Син
Джош проносится мимо моей открытой двери. Что-то не так. Рики покинул дом в приступе гнева пятнадцать минут назад. Я кладу книгу, которую читала, на кровать, прежде чем отправиться в спальню Джоша. Застаю его, вышагивающим по комнате и обливающимся потом. Он в панике и не замечает меня.
— Что случилось?
Он испуганно смотрит на меня.
— Всё очень хреново, Син. Это полная задница.
Я сажусь на его кровать, встревоженная.
— Мы угнали машину помощника шерифа Уайатта, чтобы покататься на ней. — Он падает рядом со мной.
— Какого хрена, Джош? Кто-то мог пострадать.
Из всего идиотского дерьма, что они могли натворить, эта возможность не приходила мне в голову. Вот почему парни молчали о своих планах на вечер.
— Я знаю. Черт, так не должно было случиться. Зик потерял управление и врезался. — Он грубо проводит рукой по волосам.
— Все в порядке? Где Тревор? — Я чувствую себя ужасно из-за того, что сначала хотела спросить об Арте.
— С Тревором все в порядке. Он не хочет испытать твой гнев прямо сейчас — вот почему еще не звонил.
— А как насчет всех остальных? — Я очень хочу спросить, дома ли Арт.
Джош проводит рукой по лицу.
— Все разбежались, кроме Арта.
Я автоматически предполагаю худшее.
— Вы, ребята, его подставили?
— Как ты вообще можешь так думать? Он мне не нравится, но я бы не стал его подставлять. Все произошло так быстро. После того как Зик врезался, мы все бросились наутек. Мы с Артом побежали в одном направлении. Я перепрыгнул через забор следом за ним, но мой ботинок застрял. Я думал, он бросит меня, но он вернулся. — Джош качает головой в недоумении. — Он освободил меня, но ему уже не хватило времени.
— Вот почему твой отец ушел отсюда в ярости.
— Черт, он нас сдаст. — Джош опускает голову на свои руки.
— Арт не похож на стукача, но ты собираешься позволить ему взять вину на себя?
— Нет никаких доказательств нашей причастности. Мы надели маски, так что никто не сможет опознать наши лица. И перчатки, так что отпечатков пальцев нет. Наше слово против его. Никто не поверит ему, в отличие от нас, — уверенно говорит Джош.
Просто невероятно.
— Как ты можешь бросить его на съедение волкам после того, как он вернулся за тобой? — Я злобно смотрю на него.
По крайней мере, у него хватает порядочности выглядеть пристыженным. Не понимаю, почему я всегда чувствую необходимость защищать Арта, тем более что он такой мудак по отношению ко мне.
— Уверена, ты поступишь правильно, — говорю я, выходя из его комнаты.
Арт
Этот ублюдок бросил меня, чтобы я взял всю вину на себя. Не могу сказать, что удивлен. Джош и его друзья — те еще змеи. Мне следовало остаться дома, как я, черт возьми, и планировал, но нет, я позволил этому засранцу уговорить меня выйти на улицу. И вот я в полицейском участке, в какой-то дерьмовой комнате для допросов, где меня допрашивают.
Помощник шерифа «Мистер Большой Стояк» бросает маску Билла Клинтона на стол передо мной и наклоняется близко к моему лицу. Боже, его дыхание воняет как понос.
— Кто еще был с тобой сегодня вечером? Начинай говорить сейчас, парень, если хочешь себе добра!