Я выписал Истцову рецепт, и он, довольный, оставил на столе четыреста рублей.
Затем я принял и второго пациента, Илью Мегляева, у которого оказалась аллергия на витамины. Мда, те самые, Юкка, от которых и у меня чесалась кожа.
Нейтрализатором я исправил положение, расщепив в его крови избыточную дозу витаминов, и пациент оплатил сто пятьдесят рублей.
— Ну что, справились, — напряжённо улыбнулась Настя. — Даже и не думала, что те витамины настолько дрянные. Но ведь они многим помогают.
— Не всем они подходят, Настя, — заметил я. — Мне тоже противопоказаны. Ведь после них я тоже чесался почти как Мегляев.
Телефон у меня зазвонил. Это был Захарыч.
— Алексей, с тобой хотят поговорить, — услышал я из динамика его напряжённый голос. — Спустись на первый этаж. И Анастасию, если она не занята, тоже прихвати с собой.
— И что там? — заинтересованно взглянула на меня Настя.
— Хочет, чтобы я подошёл, — пожал я плечами. — И ты тоже.
— Интрига? — хихикнула брюнетка. — Ну пойдём.
Мы вышли в коридор, заметив Пулю, который нёс на плече коробку. Он покраснел, даже пыхтел немного, но исправно нёс её в сторону уборной.
— Ох, а что это⁈ — воскликнула вышедшая из комнаты рыженькая Дарья, встречая громилу.
— Скоро увидишь. Отойди пока, занести надо, — отодвинул её Пуля.
Мы с Настей спустились на первый этаж, встречаясь с Захарычем и… Шадриным.
Лысоватый руководитель «Целебника» поправил пенсне, прищурился, и улыбнулся, замечая нас.
— А вот и герои! — воскликнул он, пожимая мне руку, затем поцеловал ручку засмущавшейся Насти. — Вы даже не представляете, как выручили мою клинику. Я ведь был на выезде в это время, а тут такое свалилось. Но Стёпа мне всё рассказал, как и Егор Захарович, — затем он взглянул на меня, — То, что вы сделали, Алексей, сравнимо с подвигом. Буквально вытащили пациента с того света.
— Если бы всё было безнадёжно, я б не стал проводить операцию, — улыбнулся я в ответ.
— Вы поступили как настоящий лекарь, — согласился со мной Шадрин. — Главное, что удалось избежать проблем со спасательной службой. Пришлось бы долго объяснять, почему командир спасательного отряда так и не добрался до операционного стола.
— Мы уже получили в качестве благодарности подарок, — сообщил я Шадрину.
— Да, Егор Захарович мне уже сказал, — кивнул директор «Целебника». — Но от меня лично тогда тоже примите бла. За аренду вы в этом месяце не платите.
— Вениамин Михайлович, это щедро с вашей стороны, — оценил я.
— Да ну что вы, Алексей, — улыбнулся Шадрин. — Выручили так, сохранили, можно сказать, лицо клиники.
— Благодарим вас, — подал ему руку засиявший Захарыч.
На этом наша беседа была закончена. Мы вернулись к своим обязанностям, и как раз вовремя. К нам повалили толпой пациенты.
На этот раз за день мы приняли более двадцати человек. И симптомы были такими же разнообразными, но ничего в целом серьёзного.
Так я заработал ещё шестьсот тридцать очков опыта. И порадовался итоговому значению, которое мне выдала система:
/Текущий уровень: 5 (1805/2500)/.
После работы радостный Пуля с удовольствием подвёз всех на «Ястребе». Даже салон напоминал чем-то «ВАЗ-2109», но на удивление был чуть более удобным. Но то, что эта тачка была в аварии, наглядно было видно и в салоне. Боковые двери вроде ровные, но вот с крышей беда. Из дырявой обшивки выглядывала сваренная рама. Почти как это делали на гоночных машинах. Видно корпус таким образом решили защитить, обезопасив от дальнейших потенциальных столкновений.
Я вышел в парке неподалёку от нашего дома. Сказал всем, что захотелось прогуляться, но причиной было другое. Карыч подпитал меня после окончания рабочего дня и признался, что близок к истощению.
Я вышел недалеко от парка, перешёл дорогу и, преодолевая арочный вход с надписью «Октябрьский», попал на главную аллею.
Под ногами свежая тротуарная плитка, урны у лавочек не переполнены. Видно было, что за парком следили.
Мы специально завернули на боковую тропку, направляясь к одному из боковых выходов. Если на аллее людей было прилично, то здесь почти никого видно не было. Лишь парочки либо пожилые. Но и они лишь мелькали за кустарниками, особо не обращая на меня внимания.
— Ну, как дела с местными грачихами? — тихо произнёс я, обращаясь к питомцу.