Пуля зарядился энтузиазмом, надеясь поскорей увидеть, что я задумал. Затем он застыл на углу, а высунувшись, заметил вышки.
— Лёха, а ты голова, — вытаращил он глаза на меня и хохотнул. — Ну надо же до такого додуматься. Теперь Разин долго из будет отмазывать, а может даже и не получится. Там ведь место силы.
— Всё верно, — кивнул я. — Ну а теперь надо пальнуть вон в те ворота.
Я указал на массивные створки, у которых покуривали два хорошо вооружённых охранника.
На территории я заметил знакомые вышки, но в них никто не мелькал. Так что вполне можно успеть и свалить.
— Делаю, — сухо произнёс Пуля и выстрелил пару раз из пистолета бандита в одну из деревянных створок.
Бахнуло так, что заложило сначала одно ухо, а когда я дёрнулся назад, и второе следом.
Сквозь гул в ушах тихо смеялся Пуля, когда мы удирали в сторону «Ястреба». А за спиной поднялась тревога, послышался топот и крики.
Свалили мы вовремя, ещё до того как вооружённая охрана показалась из-за угла котельной.
— Ну мы и шороху навели! — не унимался Пуля, басовито смеясь и вновь выкручивая руль направо. Мы залетели в очередной проулок и выехали на оживлённую проезжую часть. — Я ведь давно так не бегал. Ещё со школы, наверное.
— Главное, что эти мрази получат по заслугам, — улыбнулся я, постукивая по сумке, которую расположил на коленях. — И мы вернули наши кровные.
— Твои кровные, — подчеркнул Пуля. — И давай решим насчёт моей доли. Из-за того, что с Архипом такая канитель случилась, я заберу не десять процентов, а в два раза меньше.
— Не сочиняй, — отмахнулся я. — Уговор есть уговор. Ты ведь не знал, что это произойдёт.
— Да, я просто охренел, когда такое произошло, — вздохнул Пуля.
— Давай только завернём в банкомат. Я на счёт сумму всю закину, — произнёс я, и Пуля одобрительно кивнул, меняя маршрут.
Через несколько минут мой банковский счёт пополнился на восемьдесят пять тысяч пятьсот рублей, причём более пятиста рублей Пуля собрал с бандюков, обыскав их.
Затем я сразу же перевёл здоровяку восемь тысяч пятьсот пятьдесят целковых, и Пуля пожал мою руку, стиснув её в своей необъятной ладони.
— Спасибо, Лёха, — он чуть не прослезился от счастья. — Наконец-то я кредит старый закрою. Заманал он меня уже.
— И много ты должен? — поинтересовался я.
— Больше половины останется, — улыбнулся Пуля. — Но знаешь в чём прикол? Это автокредит на тот седан, который был уничтожен на стрелке.
— Соболезную, — вздохнул я, и здоровяк отмахнулся.
— Да плевать уже, — хохотнул Пуля. — Я закрою эту херовину. Теперь хоть вздохну спокойно.
Я понимающе улыбнулся. Сам был в кредите, взяв его, чтобы оплатить операцию деду на желудке. И вылез кое-как из кабалы, причём сам. Пришлось подрабатывать, учась в институте. Делать курсовые халявщикам. Взамен я, разумеется, получал звонкую монету, которую пускал на кредит.
В итоге через два года у меня получилось. До сих пор помню этот переход, когда я почувствовал себя свободным от долгов человеком.
— Кстати, а что ты написал в той записке? — вспомнил я о послании.
— А, ты о том обращении Разину? — довольно улыбнулся Пуля. — Просто сообщил, что если ещё раз наедет на меня или моих друзей, я лично к нему приду в гости и отрежу башку.
— Очень радикальное послание, — оценил я.
— А иначе эти шкуры не понимают, — хмыкнул Пуля. — Чтобы понимали последствия, надо ставить их сразу на место.
Мы вернулись на квартиру, и Настя с Захарычем, уже вовсю уминавшие сельдь с картофелем, обрадовались, когда Пуля сообщил, что мы вернули деньги.
Я кинул сумку на стул, и Захарыч аж вскочил со стула, подбегая к ней и заглядывая внутрь. Старик аж жевать перестал, озадаченно взглянул на меня, затем также посмотрел на Пулю.
— А где эт самое? — растерянно спросил он. — Сумка пустая. Ни одной купюры не увидел.
— Так Лёха на счёт положил, — хохотнул Пуля, садясь за стол.
— Руки мыли? — иронично нахмурилась Настя.
Пуля вздохнул, затем отправился в ванную, я же помыл руки в кухонной раковине.
— Эти ваши счета… — нахмурился Захарыч. — Их взламывают. Или мошенник какой позвонит.
— Егор Захарович, ну я с чего мне бояться? Пароль стоит на приложении, да и я эти истории прекрасно знаю, — улыбнулся я в ответ.
— Знает он, — пробурчал Захарыч, вытирая рот салфеткой. — Вон, мой друг тоже думал, что всё знает, а обули его на пять тыщ. Уж лучше при себе, бумажные. Ты хоть видишь их.
— И трястись над ними, пересчитывать, — улыбнулась Настя. — Я бы тоже так сделала.
— Вы, молодёжь, ещё непуганая, — заметил Захарыч, и обратился к Пуле, который уселся за стол, подвигая к себе тарелку. — Кстати, выяснили, кто на вас наехал?