— Всю жизнь, — вздохнул тощий, закатывая глаза. — Сколько уже можно? Тут же всё просто. У нас есть правила. Сканер подсвечивает зелёным — даём добро. Подсвечивает красным — отклоняем заявку. Всё просто, Диана Львовна. В общем, кто за то, чтобы прекратить этот спектакль?
Он поднял руку. Но тут в разговор вновь вступил мужчина с пышной бородой.
— Опустите руку, Олег Геннадьевич. Не нужно лишнего, — добродушно улыбнулся он.
— Но я лишь требую подчиниться правилам, — холодно сообщил тощий мужчина.
— Простите, но вы не председатель комиссии, — строго сообщил ему бородатый, с лица которого пропала улыбка. — Не нужно голосований.
— Хорошо, Пётр Иванович, что вы предлагаете? — язвительно выдавил тощий, добавляя: — Как председатель комиссии.
— Сканер и правила — это хорошо, — ответил бородатый. — Но уже были случаи, когда датчик ошибался.
— Да, было дело, — прогудел сидящий с краю пухлый мужчина. — Погрешность у этого сканера есть, что бы кто ни говорил.
— Вот именно, — подхватила Диана Львовна.
— Но я солидарен с Олегом Геннадьевичем, — вздохнул пухлый. — Правила есть правила.
— И вы туда же, Роман Борисович, — шумно выдохнула Диана Львовна. — Но ведь вы не отрицаете, что возможно как раз погрешность и повлияла на сигнал датчика.
— Вы не можете точно утверждать, — попытался осадить её Олег Геннадьевич.
— Я сказала — «возможно», — пожилая женщина бросила в его сторону испепеляющий взгляд. — Чем вы слушаете, Олег Геннадьевич?
— Я предлагаю всем успокоиться, — вновь вмешался в разговор Пётр Иванович, приглаживая бороду. — К чему лишние слова? Давайте рассуждать логично…
Как было мило смотреть на их перепалку. В комиссии продолжали довольно живо обсуждать мою ситуацию. Это продолжалось минут десять, не меньше.
Я же сидел в удобном кресле, посматривал на них и переводил взгляд на родовой перстень, красное облако над которым уже потускнело.
«Да усыпи ты их. Пухлому побольше веселья добавь и прикажи накрутить уши щуплому», — хихикнул Карыч. — «Пусть бока друг другу помнут».
«Ты забыл, я не могу приказывать», — напомнил я пернатому. — «Только подсказывать. А там они уже сами действуют».
«А, ну да, точно. Тогда просто усыпи их нахрен», — весело прощебетал Карыч. — «Много вони от этих прямоходящих».
«Какой наркоз? Здесь датчиками так комната нашпигована, что меня тут же скрутят», — объяснил я Карычу. — «И где я потом по-твоему окажусь?»
«За решёткой… Да, это не вариант», — вздохнул Карыч. — «- то могу материализоваться на пару секунд и клюнуть в лоб этого засранца, но потом меня обнаружат, и… Блин, как всё сложно».
«Наоборот, всё просто», — сообщил я. — «Кажется, они договорились».
Комиссия затихла, споры улеглись.
— Алексей Михайлович, мы пришли к общему решению. Проверим силу вашего родового перстня вручную, — обратился ко мне Пётр Иванович, вновь пригладив пышную бороду.
Ко мне подошёл тот же парень в синей униформе, забрал со стола пепельницу с перстнем и отнёс на стол комиссии.
А затем каждый подержал в руках перстень, положив его на ладонь. Я заметил мерцание, исходящее от их рук.
Забавно было наблюдать за меняющимся лицом тощего и пухлого. Если до этого они посматривали в мою сторону как-то снисходительно и улыбаясь, то сейчас улыбки исчезли с их лиц, а смотреть в мою сторону они перестали.
— Ну вот, я же говорила, — довольно произнесла Диана Львовна, передавая перстень председателю комиссии.
Пышнобородый положил фамильный предмет на ладонь, закрыл глаза, и над его ладонью замерцало небольшое облачко энергии.
— Всё верно, — кивнул он, открывая глаза. — Погрешность сканера повлияла на замеры. Сила в этом перстне есть, а это значит…
— Пётр Иванович, да сила есть, но мы опять нарушили правила, — подчеркнул тощий.
— Хватит ерундой страдать, Олег Геннадьевич, — зыркнул в его сторону председатель. — Это не подтверждение княжеского титула, чтобы так заморачиваться. И раз сканер ошибается уже не первый раз, может, пора изменить правила? Правильно я говорю, Диана Львовна? — взглянул он на пожилую женщину.
— Прямо с языка сняли, Пётр Иванович, — расплылась в улыбке женщина.
— Тогда на этом объявляю заключение комиссии, — довольно изрёк председатель, обращаясь ко мне. — Титул барона подтверждён. Документы на поместье на столе. Поздравляю вас, Алексей Михайлович.
— Благодарю вас за столь тщательную проверку, — улыбнулся я в ответ. — Что от меня требуется?