— Но делать что-то нужно, — глухо откликнулся Пуля.
Я тут же придумал, что можно сделать.
— Разумеется, нужно что-то делать. Датчики поставить и защитный контур вокруг клиники, — предложил я.
— Алексей, ну ты… — запыхтел Захарыч. — Ты хоть знаешь, сколько это стоит?
Я вспомнил о спасателе. Он ведь предлагал помощь недавно. И почему бы к нему не обратиться сейчас?
— Александра помните? — оглядел я коллег.
— Какого ещё Александра? — хмыкнул Пуля.
— Того самого командира спасательной группы, у которого я извлекал осколок металла из сердца, — напомнил я, и Захарыч сразу же иронично взглянул на меня.
— Ты действительно веришь, что он в ущерб себе предоставит всё необходимое? — выдавил старик. — Да и есть ли такие датчики у спасателей?
— Вот и узнаю, — улыбнулся я в ответ.
Наш обед приготовился, и мы приступили к трапезе. То и дело я ловил на себе косые взгляды Захарыча, но делал вид, что не замечаю их. Какое мне дело до этого старика? Он может и к столбу прицепиться, да ещё обвинить его в сотне грехов, находя кучу причин.
Так что я в этом отношении пока спокоен. Его домыслы остаются просто домыслами, и ничем больше.
Далее пришли ремонтная бригада. Пока она вставляла окно и восстанавливала плитку на полу, мы с Настей принимали пациентов в смежном помещении.
Ну а когда поток клиентов схлынул, мы вернулись в обновлённую приёмную.
— Кстати, смотри что я собрала с пола, — засияла Настя, подзывая меня к шкафу и доставая запечатанную пробкой колбу.
Я увидел через стекло прозрачную жидкость и сразу понял, что это.
— Да ты просто красотка, Настюш, — расплылся я в довольной улыбке. — Это же яд.
— Да, это яд той кобры, — Настя огляделась. — Только пока это останется между нами. И Захарычу не говори, а то опять будет бухтеть.
Что ж, надо изучить это средство. В медицине змеиный яд активно использовался для изготовления болеутоляющих препаратов, лекарств для лечения сердечно-сосудистой системы и прочего. Но какие свойства имеет яд астральной змеи?
Эти мысли я и произнёс вслух.
— Вот именно, — глаза Насти заблестели от энтузиазма. — А если мы изобретём какое-нибудь новое лекарство или вакцину?
— Обдумаем на досуге, — кивнул я. — А пока спрячем этот яд куда подальше. В моём поместье есть сейф, туда и положим.
— Отлично, — закивала Настя.
Далее мы начали собираться домой. Пациентов больше не было, да и стрелки на часах категорично указывали «19:05», что означало — «Пора вешать табличку на двери „ЗАКРЫТО“».
Но в коридоре я услышал шум, бас нашего охранника и знакомый голос.
Вышел я из приёмной, и нос к носу встретился с тем самым архитектором, у которого я удалял недавно опухоль мозга.
Борис Иванович Рохлин выглядел свежим, бодрым. Видно, что всё у него в порядке.
— Доброго вечера, Алексей Михайлович, — сжал он мою руку в своей и потряс, радостно улыбаясь. — Я так рад, что мы снова встретились.
— И я вас рад видеть, Борис Иванович. Вы явно не на приём, — улыбнулся я ему в ответ.
— Никак нет, — хохотнул пожилой архитектор. — Я чувствую себя просто замечательно. У меня для вас подарок.
— Ох, ничего себе! — удивлённо округлила глаза Настя.
— Добрый день, — вышел из своего кабинета Захарыч. Он был удивлён не меньше, чем мы. — О каком подарке речь?
— Заноси! — торжественно объявил Рохлин, глядя в сторону холла.
Глава 7
Послышались шаги, грохот колёс по керамограниту и дружное пыхтение. Несколько грузчиков в сине-зелёной спецодежде показались в коридоре. Они будто сошли с картины Репина «Бурлаки на Волге». Они впряглись в канаты и тащили платформу, на которой высилось нечто массивное в мой рост. Это нечто настолько запаковано картоном и замотано изолентой, что пока бессмысленно размышлять о находящемся внутри сюрпризе.
— Осторожней! Ну что вы делаете⁈ — воскликнул Рохлин, когда один из грузчиков дёрнул чуть сильнее, и подарок опасно покачнулся.
В ответ архитектор получил от грузчика недружелюбный взгляд, но больше не косячил. Рабочие докатили платформу до середины коридора и выдохнули.
— Всё, теперь распаковываем, — приказал Рохлин.
— Такого уговора не было, — прогудел носатый работяга, явно главный в этой группе, и демонстративно снял перчатки. — Оплачена доставка до адреса.
Рохлин замялся, затем махнул рукой.
— Ладно, будет вам доплата. Ещё двадцать накину, — сообщил он, прошипев под нос: — Крохоборы.
— Эт другой разговор, — улыбнулся носатый, доставая из кармана канцелярский нож. — Только наличкой.