— Лёша просто талантище, — кивнула Настя. — И там было ещё фаер-шоу.
— О, дорогая, такую красоту ты пропустила, — причмокнул Долгопрудный. — Вот станешь моей любовницей, буду брать тебя на такие вечера.
Настя прыснула шампанским.
— Да вы что⁈ — воскликнула она.
Долгопрудный захохотал, вытирая слёзы.
— Ты бы видела своё лицо! Ха-ха! — воскликнул он, и затем уже тише добавил, приобнимая Настюху. — Кстати, я на своей яхте на следующей неделе выйду в плавание. Москва-река — Ока — Волга. Вот на Волге и потусим хорошенько. Поедешь со мной?
Рука Долгопрудного потянулась дальше, он сжал левую грудь Насти.
Ну а далее произошло то, от чего я дар речи потерял.
Глава 12
Настюха дёрнулась в сторону, схватила за руку княжича и вывернула его кисть, а затем кулак Насти врезался в улыбающееся пьяное лицо. Сила удара была достаточной, чтобы Долгопрудный рухнул со стула на газон.
Такое не прощается простолюдинам. И, понимая последствия, я ещё до выкручивания кисти успел усыпить княжича, как и двоих слуг, которые разговаривали неподалёку. Лишние свидетели нам ни к чему.
— Охренеть не встать! — нервно хохотнул Пуля, ударив по столу. Он повернул шею, изумлённо вглядываясь в лежащего на земле княжича, затем бросил напряжённый взгляд на застывшую брюнетку. — Какого чёрта ты творишь, Настя⁈ Ты могла его просто оттолкнуть⁈
— Ох, что же я наделала… — забормотала Настя. — Я не хотела, правда. Ваше сиятельство, прошу меня простить! Это рефлекторно получилось.
— Ты с кем разговариваешь? — улыбнулся я, услышав, как в кармане Долгопрудного заиграла весёлая мелодия входящего звонка. — Он дрыхнет.
— Правда? — Настя медленно поднялась из-за стола, присела рядом с посапывающим Долгопрудным. — Я же ему такой фонарь поставила. Ой, гематома вздувается… Что же делать⁈ Что делать-то, а⁈
— Спасать тебя, что же ещё, — вздохнул я. — И себя тоже. После такого у нас с ним отношения точно испортятся.
— А с ними что? Тоже спят? — с ухмылкой спросил Пуля, подходя к валяющимся у мангала слугам. — Блин, а как ты так быстро среагировал?
— Навык отработан уже, — объяснил я.
— У меня в аптечке есть мази, надо обработать, — подорвалась Настя в сторону нашего поместья.
— Да постой ты, — остановил я её. — И как ты будешь объяснять княжичу, что на его лице гематома?
— Расскажу, что упал, — напряженно взглянула на меня Настя, затем дёрнулась от снова подавшего сигнал смартфона Долгопрудного.
— Настюха, не мели чушь, — ухмыльнулся Пуля. — Это сейчас он пьян, а потом ведь протрезвеет.
— Олег прав. Твои мази не уберут синяк, и у него появятся вопросы к нам, — произнёс я. — Так что оставь свои лекарства кому-нибудь другому.
Настюха места себе не находила. Она побледнела, метнулась к слугам, потом вернулась, вновь осматривая княжича.
— И что ты будешь делать? — спросила она. — Регенерация?
— Да, я уберу следы удара, — кивнул я ей. — Он ничего не поймёт.
Я заметил, что со стороны поместья кто-то спешил к нам, освещая себе дорогу фонариком.
— Олег, задержи, кто бы это ни был, — быстро произнёс я.
— Понял, сейчас, — кивнул Пуля и метнулся в сторону непрошенного гостя.
Я же склонился над сопящим Долгопрудным, глаз которого заплыл от красной гематомы. По краям были видны синие прожилки. Уже через пару часов эта штуковина потемнеет до явного синюшного цвета.
Ну а мази, которые предлагала Настя, что смогут сделать? Ну остановят они дальнейшее воспаление повреждённых тканей, возможно даже ушиб на утро исчезнет. Но синяк-то останется.
Я сплёл регенеративные лучи и воздействовал ими на повреждение, чувствуя отток энергии. Решил сделать всё красиво и наверняка, ощущая, как под конец подключился мой скрытый внутренний резерв энергии.
Убрав с лица Долгопрудного гематому, я услышал шаги. Всё, я закончил. А теперь пора всем просыпаться.
Я разбудил слуг, затем княжича.
/ПОЗДРАВЛЯЕМ!
Вы успешно применили «Веселящий анестетик».
Награда: +100 очков опыта.
Бонус за искусную настройку наркоза под текущую ситуацию: +100 очков опыта.
Текущий уровень: 9 (12800/25000)/.
— Юрий, всё нормально? — оглядел я княжича, который очумело уставился на меня, затем на Настю.
— Вы упали и потеряли сознание, — сообщила Настя.
— Видно, перебрал, — кряхтя, поднялся на ноги Долгопрудный, затем улыбнулся насте. — И мы же на «ты» общаемся. Помнишь уговор?