— Такой же силы?
— Нет, не совсем. Но, возможно, они как-то взаимосвязаны, — донеслось от аналитика.
— Знаешь, что означает то, что я вижу? — процедил Магистр. — Это значит, что в наш мир проник кто-то. Ещё одна сущность.
— Две, — просипел аналитик и закашлялся. Затем глотнул воды из крохотной бутылки, которая стояла на столе. — Две сущности.
— Ты точно ничего сегодня не принимал, Прокофий Леонидыч? Здесь всего один пик. Вот, — Магистр тыкнул в лист бумаги.
— Позвольте я всё объясню, — потянулся к распечаткам Талайкин, взяв карандаш и начиная обводить им цифры. — Это пик возмущения, тут вы правы. Но рядом ещё цифра. Вот она. Во время пика она должна быть меньше в два раза. Вывод неутешительный. Две сущности проникли одновременно.
— В столице, Прокофий Леонидыч, ещё одно появление гостей. Ты понимаешь, что это значит? — процедил Магистр.
Талайкин нервным движением поправил галстук, который стягивал его шею и вздохнул.
— Будем искать, — выдохнул он. — И я чуть позже скажу насчёт новых данных.
— Куда ты денешься, — процедил Магистр. — И не просто искать, а усилить рейды в том районе.
— Да-да, и усилим, и начнём прочёсывать датчиками, — Талайкин закивал как болванчик. — Ромов точно узнает об этом.
— Я сообщу ему, тут уж никуда не денешься. Ситуация очень серьёзная, — напряженно произнес Магистр.
Талайкин покинул кабинет, оставляя его наедине с тревожными мыслями. Кто это? Что им надо в Москве?
Если судить по всплеску, эти пришельцы появились не просто так. И что-то ему подсказывало, будто их появление связано с той самой коброй, которую они упустили.
Мало того, до сих пор молчала тайная канцелярия, которую он подрядил на поиски гостя. И это его злило не меньше, чем недавние события.
Добравшись до поместья, я встретился с Матвеем, начальником охраны. Он подошёл к «Ниве», когда Пуля проехал ворота.
— Алексей Михайлович, приезжал слуга графа Лихачёва, — сообщил Матвей. — Просил передать вот это.
Он протянул в приоткрытое окно «Нивы» конверт.
— Письмо? — хмыкнул я, прощупав содержимое.
— Да, я должен был проверить. Там всего лишь послание, — сообщил начальник охраны. — Разумеется, я не читал, что написано.
Я кивнул, доставая письмо, раскрыл лист и пробежал глазами несколько строк.
'Дорогой Алексей Михайлович!
Вы сделали невозможное! Вячеслав уже ходит, разговаривает, откликается на своё имя. Он буквально оживает с каждым часом. Не удивлюсь, если в ближайшее время он будет играть во дворе вместе с остальными детьми. Разумеется, не в поместье.
Я обязательно навещу вас. Пока дела отвлекли, и я лишь изредка выделяю время, чтобы проведать родных.
Как освобожусь, обсудим наше сотрудничество. Вы оказали мне бесценную услугу, и я готов ответить вам взаимностью.
С глубочайшим уважением, граф Пётр Илларионович Лихачёв'.
Что мне понравилось, так это предложение графа о сотрудничестве. Не я его попросил, а он сам это сказал. Сам.
Вспомнив, что Лихачёв владеет сетью логистических филиалов, я понял, что граф действительно может принести пользу клинике. Но это всё потом.
Сейчас бы чайку горячего, да с мятой, чтобы немного расслабиться после очередного насыщенного дня.
Настя как раз сидела на кухне, пялилась в экран своего смартфона и лузгала семечки.
— Настюш, может, чаю? У тебя ведь были какие-то травы? — взглянул я на неё, садясь за стол.
— И какие травы тебе надобны? — холодно взглянула на меня Настюха.
— Мятный чай бы сейчас… Ты продолжаешь дуться? Насть, серьёзно? Может, хватит изображать из себя жертву? — вгляделся в её поникшее лицо.
— Да я уже давно забыла про ту курицу, — скривилась она. — Меня Долгопрудный просто уже задолбал. Поехали, поехали, почему молчишь, почему не согласишься… Блин, достало…
— Всё приглашает в тур-вояж на Волгу? — спросил я, и Настя выдавила улыбку, кивнув.
— Щас, оставалось немного мяты, — Настюха кинулась к одному из шкафчиков, принимаясь рыться в своих бесконечных мешочках.
— Ну а я что ему могу сказать? Пошёл ты? — донеслось от Настюхи. — С другой стороны, я никогда не плавала так далеко. Каталась на катере, на море. Но это ведь… другое. Будет много аристократов, наверняка ресторанная кухня, танцы, приятное общение. Блин, что я тебе рассказываю. Ты уже выходишь в светское общество. А для меня, простой девушки, это, возможно шанс и память на всю жизнь.
— Ты сама решай, Настя, и не слушай никого, — произнёс я. — Особенно Захарыча.
— О-о, да, старик в последнее время стал просто невыносимым, — улыбнулась Настюха, закидывая в заварочный чайник несколько щепоток мяты из мешочка.
— И про какого старика вы тут болтаете? — показался на кухне Захарыч.
— А, есть один знакомый, — махнула Настя, пряча улыбку. — Ворчит по делу и без дела.
— А может, это тебе так кажется? — хитро прищурился Захарыч, — вальяжно устроившись за столом. — Может, он хочет тебя уму-разуму научить?
— Вот пусть и учит своих детей уму-разуму, — хмыкнула Настюха, заправляя чайник водой. — А меня, слава Богу, родители всему научили в своё время.
— Вот, Алексей, запомни эти слова, — Захарыч тыкнул пальцем в сторону Насти, которая доставала из шкафа печенье. — Вот как выглядит неблагодарная молодёжь. Их учишь, а они морду воротят.
— Поучайте ваших поучат, — холодно заметила Настя, возвращаясь к столу. — А мы уж как-нибудь сами. Без вашей помощи.
— А, идите вы… в пень-колоду, — отмахнулся Захарыч, затем принюхался. — Добавь ещё шиповника.
— Нет, только мята будет, — недобро сверкнула на него глазами Настя.
— И чо не отвечает? Блин, — на кухне появился задумчивый Пуля. — Хотел уже сегодня тачку показать.
Понятно, пытается дозвониться до того подпольного эксперта, о котором говорил недавно.
— Не пойму, что ты всё к этим нелегалам щемишься? — хмыкнул Захарыч. — Они ж тебя разденут до нитки. Тоже мне эксперты. Рома тот ещё ладно. Его все знают.
— Да какая разница, — хмыкнул Пуля. — Я ж просто ему покажу «Ниву».
— Ну и обдерёт тебя он, — продолжал нагнетать старик.
— Давайте о чём-нибудь другом поговорим? — подошла к столу Настя, поставив чайник, из которого выбивался ароматный пар. — Чай готов.
Настя разлила по чашкам вкусно пахнущий напиток. И только я глотнул чая, как справа громыхнуло. Настя вскрикнула, отшатнувшись, а мы выскочили из-за стола.
В это время стена треснула, кирпичи и столб пыли ворвались в помещение. Что-то чёрное, окружённое блестящим куполом, промелькнуло мимо стола и пролетело насквозь, пробивая противоположную стену, туда, где был припаркован джип.
Буквально через секунду раздался глухой удар, и завыла сигнализация «Нивы».
— Вот же с-ска! — зарычал Пуля. Выхватив беретту, он кинулся во двор, и снаружи раздались выстрелы.