Ковригин нервно сглотнул появившийся ком в горле.
— Я его забыл дома, Зиновий Павлович. Так получилось, — пытался оправдаться Ковригин, чувствуя как волнение зашкаливает. — Но скоро мне их подвезут.
— Идиот… Ты просто форменный идиот, Пётр! Как можно забыть документы⁈ — зарычал Аргамаков и раздался грохот, видно он ударил кулаком по столу. — Это шанс, Петя! Шанс! Только не просри его, прошу тебя…
— Да, всё будет отлично. Просто… — вздохнул Ковригин, и тут же убрал от уха смартфон. Из динамика раздались громкие ругательства, слушать которые он был не намерен.
— Ты слышишь?.. — уже тише произнёс глава гильдии. — Просто… Ха! У тебя всё просто. А как до дела доходит, так сложности сразу появляются. Сделай это, Пётр. Успейте зайти в клинику, пока эти черти ничего не придумали.
— Да, конечно. Успеем, — Ковригин поднёс смартфон к уху.
— Делай что хочешь. Меня вообще не волнует, как ты будешь выкручиваться, где и что ты забыл. Прямо сейчас ты должен запустить в клинику спецов с измерителями! — требовательно выпалил Аргамаков. — Не тормози с этим.
— Я понял… я… я п-перезвоню, как всё сделаем, — кое-как выдавил из себя Ковригин, а затем спрятал смартфон во внутренний карман пиджака.
Затем Пётр Романович расправил плечи, прокашлялся и обернулся к полицейским.
— Скоро будем заходить, — сообщил он двум стражам порядка. — Но вам туда нельзя
Те лениво взглянули в сторону входа в клинику.
— Ясен пень, мы будем здесь, — промычал тот, что повыше, пригладив макушку. — Вот только надо же ещё чёрный вход контролировать.
— А чо ты на меня смотришь? — возмутился его напарник. — Я не пойду.
— Если вы упустите подозреваемого, с вас будет спрашивать не только Гильдия лекарей, но и имперский Двор, — строго заметил Ковригин.
Так он обозначил барона Логинова. Чтоб для них было понятней. А побежит он или нет — большой вопрос. Если только кто-нибудь умрёт в клинике, либо найдут что-либо запрещённое.
Один из полицейских по секрету проговорился, что в клинике и правда искали нечто запрещённое, но не нашли. Так что Ковригин ничему не удивится.
Спецы завершали экипироваться в защитные костюмы, уже примеряли шлемы, поверяли приток воздуха, а Ковригин созвонился с Валерией.
— Ты где? — напряжённо спросил он, и услышал множество автомобильных гудков, сливающихся в сплошной гул.
— Петечка, да тут просто пипец, что творится! — воскликнула Лера. — Авария какая-то впереди, дорога перекрыта, и сзади подпёрли. Хоть машину оставляй и пешком иди.
— Я ж говорил — надо было на метро тебе ехать, — процедил Ковригин.
— Вот сам и катайся на своём метро, — фыркнула Лера. — И вообще, тон убавь. Я могла вообще не ехать никуда…
— Всё, как прорвёшься — напиши, — бросил он в трубку и завершил созвон.
Затем Ковригин убрал рукав рубашки, взглянул на запястье, на котором блеснул циферблат часов. Время уходит, и надо что-то предпринять.
Он посмотрел в сторону замершего у входа крупного охранника, нервно пригладил набок чёлку и быстрым шагом направился к нему.
— Добрый день, Пётр Романович Ковригин. Старший помощник главы Гильдии лекарей, — начал он.
— Приветствую, — пробасил этот громила, заслоняя дверной проём. — Но пустить вас не могу, у нас перерыв.
— Я вынужден настаивать, — Ковригин пытался добавить в голос строгости, но охранник так придавил взглядом, что стало не по себе.
— Это частная территория, — хмыкнул охранник.
— А у меня прямое распоряжение главы Гильдии. Вы ведь подчиняетесь ей, как и прочие клиники.
Громила скривился в усмешке, затем весело оглядел то, что творилось во дворе.
— Ещё раз — мы частная клиника, уважаемый, — прорычал он. — И вы не правы. Мы не подчиняемся гильдии напрямую, лишь передаём отчёты.
— Понимаете, что грозит вашей организации? Вы ведь скрываете вспышку смертельного вируса, — прошипел Ковригин.
— Предоставьте документы, и я вас пропущу, — оскалился охранник.
Ковригин оглянулся. Спецы уже были экипированы, стояли в стороне с измерителями в руках и ждали команды.
— Послушайте, в клинике смертельный вирус, — он повернулся к громиле. — Какие тут могут быть документы?
— Обычные, — хмыкнул громила. — Я должен увидеть бумагу. Разрешение. Без него не пущу.
— Но ведь в кодексе… — начал было Ковригин, но охранник его перебил, бросив взгляд на экран своего смартфона.
— Пункт тысяча сто сорок третий, — сухо произнёс он, не пряча ухмылку.
— Понятно, — Ковригин отошёл, сдержался от резких слов. Что бы они изменили? Ровным счётом ничего. Охранник прав.