Я поднял голову и обомлел, а ноги у меня подкосились. В небе мерцали тысячи таких нитей. И нетрудно было догадаться, что каждая из них принадлежит отдельному месту силы.
А что меня поразило больше всего — все эти нити собирались на небосводе в одном месте — там, где зловеще колыхалась разрастающаяся червоточина…
Глава 8
Что это за дрянь в небе, я догадывался. Но всё же надо было спросить у моих астральных помощников. Хотя зачем спрашивать, если Карыч заметил то же, что и я.
«Вот, полюбуйся, — услышал я его голосок в голове. — Предвестник красной аномалии. Теперь она уже точно придёт. Руки бы оторвать тому, кто это сделал, и засунуть куда следует».
«Ты уверен, что это сделал кто-то?» — спросил я.
«Алексей, сама аномалия никогда не появляется. Ей всегда помогает кто-то из живущих в мире», — услышал я холодный голос Небулы, подключившейся в наш мысленный диалог.
Понятно, что они не скажут, кто виновник всего этого безобразия. Откуда они это могут узнать? Но меня сейчас интересовал другой вопрос.
«И где она появится?» — поинтересовался я, направляясь к своему дому.
«Ох, спроси что-нибудь полегче, — печально вздохнул Карыч. — Но это первый признак, и очень явный. Это точно. Нарушен астральный слой, и, учитывая размеры червоточины, этот процесс необратим».
«Замечательно. Просто прекрасно, — проворчала Небула. — У нас тут гончие, психованный странник, а ещё красная аномалия появилась! Идеальный сценарий для конца света».
«Всё можно исправить, — закинул я своим собеседникам оптимистичную мысль. — Главное, найти способ».
«Ладно, я порыскаю в своей библиотеке, — вновь вздохнул Карыч. — Может что и отыщу. Но сразу говорю — я не Грох, так просто с ней не справишься».
«Я тоже подумаю», — согласилась Небула принять участие.
Я вспомнил то, что мне уже известно о красной аномалии, и решил напомнить.
«Нас ждёт встреча с разумными?» — спросил я.
«Да-да, это будут необычные монстры, — ответила Небула. — Оттуда вылезут точно не тупые монстры. Какие-нибудь черти разумные. И намерения у них будут не очень мирными, как вы все понимаете».
Карыч уже не отзывался, Небула тоже замолчала. На этом наш разговор подошёл к своему завершению. В глубокой задумчивости я добрался до фамильного дома, прошёл в гостиную и упал в кресло.
Когда на этот мир обрушится красная аномалия — неизвестно. Что оттуда вылезет — тоже. Сплошные загадки. Мир не готов к такой угрозе. Хотя, может, есть какие-то службы, которые не афишируют себя и борются против внешних угроз? Не службы зачистки, не имперские гвардейцы и не отряды наёмников, которые хотят повесить очередной трофей на стену. Другие. Те, кто уже отражал такие нападения.
Но в светском обществе о них никто не знал, а слухам в Сети доверять я не собирался.
Рука сама потянулась к пульту. Я щёлкнул по кнопке, и экран на стене вспыхнул. Шёл какой-то боевик, где перекачанный амбал бегал с автоматическим оружием и косил негодяев направо-налево.
Я переключил на новости.
— … И прямо сейчас, за этой дверью, идёт допрос ещё одного советника из приближённых императора, — сообщил раскрасневшийся репортёр в очках. — Готовящийся переворот раскрыт, но ещё не все фигуранты дела задержаны. Графа Раскольникова задержали в аэропорту, два барона уже находятся за решёткой, а несколько чиновников объявлены в имперский розыск. Ведётся следствие.
Картинка новостей сменилась на прогноз погоды, а я продолжал смотреть в экран. Вот так дела творятся в казалось бы спокойном и сильном государстве. Переворот! Самый настоящий!
И хорошо, что наши службы сработали на упреждение, задавив почти всех тараканов. Иначе начался бы хаос и анархия, вот почти уверен в этом. Я помнил, как родители говорили о развале Советского союза, и говорили о путче, и о том как наступили криминальные девяностые.
Анаболик с Мамонтов и иже с ними точно бы расправили тогда крылья, в этом сомневаться не приходилось.
Я пошёл в ванную, постоял в душе под прохладными струями, а затем вернулся в спальню. На комоде меня поджидал Карыч. Он материализовался и поблёскивал глазками, провожая меня взглядом до дивана.
— Ну и что ты хочешь мне сказать? — взглянул я на птичку, которая почесала клювом под крылом, затем перелетела на подлокотник.
— Корабагус, — произнёс пернатый.
— Что с ним? — покосился я на питомца.
— Он может помочь тебе, — объяснил питомец, но слишком как-то мутно, и я до сих пор не понимал, к чему он клонит.
— Он мне уже помог. Ты разве забыл? — напомнил я ему. — Я напоролся пару дней назад, завтра с утра ещё так сделаю. И вновь яд растения сделает своё дело.
— Неа, не сделает, — покачал головой астральный грач. — В этот раз всё будет иначе. Не такое сильное воздействие. Твой организм уже более-менее адаптировался к яду. Иммунная система сожгла почти весь токсин, тем более пик его концентрации сходит на нет. Уже через пару дней ядом корабагуса можно будет пугать лишь тех самых комаров, не больше.
— Откуда такие познания? — удивился я. — А, я ж забыл, что ты библиотекарь.
— Да, у меня полно книг, — довольно отозвался пернатый. — В одной я всё-таки накопал информацию об этом растении. Представляешь, оказывается, и в Ровене оно растёт, только выглядит по другому… Но это ладно. Пойдём за двор. Лучше прямо сейчас это сделать.
— Что сделать? Собрать ядовитый сок? — вскочил я с дивана, и Карыч устроился на моём плече.
— Собрать ядовитый сок и немного… кхм… улучшить, — поправил меня пернатый.
— Что ж, пойдём, — я накинул льняные шорты, натянул футболку и направился на выход.
— Только захвати какую-нибудь посудину, — заметил питомец. — Куда ж мы будем яд сцеживать?
Порыскал я в шкафу, но ничего подходящего не увидел. Что же найти подходящее? Я отправился на кухню, начиная копаться в ящиках. В последний момент мой выбор пал на двухлитровую колбу, закрытую дубовой пробкой. Приобрёл я её как раз для яда Небулы, но она пока не пригодилась.
Вот её мы и возьмём.
Когда я добрался до колючего растения, вокруг него на земле мерцали три астральных круга, один красным, второй, что поменьше, зелёным, третий, самый маленький, серебристым. Причём я заметил, что они соединены между собой рисками, словно шестерни в часовом механизме. Странная конструкция была статичной, а Карыч сидел рядом, вычерчивая крылом странную закорючку внутри серебристого круга.
Закончив, пернатый выплеснул пару искр, которые, кружась в воздухе, упали прямо на красный круг. Тот вспыхнул, и волна энергии прошла к зелёному кругу, медленно, не спеша, перетекая, словно кисель.
— А теперь тебе надо будет всего лишь коснуться своей банкой корабагуса, — прощебетал Карыч.
— Не банкой, а колбой, — заметил я.
— Один хрен, — хихикнул пернатый. — Давай уже.
Энергия добралась уже до серебристого круга, когда я открыл колбу и дотронулся до здоровенной иглы, с которой свисала тягучая капля яда.
Символ внутри рисунка Карыча вспыхнул, а затем перекинулся на растение. И…
Я аж глаза раскрыл пошире, наблюдая как из иглы в колбу начинает сочиться густой тёмно-зелёный яд. Емкость наполнялась, а в носу засвербило от резкого запаха, чем-то смахивающего на мяту, смешанную с плесенью и цитрусом.
Затем защипало в глазах от испарений, которые вылетали из горлышка колбы.
— Отлично! — воскликнул Карыч. — Продолжай держать и не дёргай.
Мы достали уже литр из игольчатого дуба, даже больше, когда питомец охнул, а я дёрнулся в сторону, едва не выпустив колбу из рук.
— Алексей, какого чёрта ты здесь торчишь? — услышал я за спиной голос Захарыча.
Я бросил взгляд на круги. Они уже потухли, как и закорючка внутри них. Только я, растение и колба с ядом.