У обоих было ощущение, что они не в силах оторваться друг от друга.
Дуглас регулярно, порой даже без Вики, ездил в спортзал к Диего, вернее к мистеру Опарею, возвращаясь, как никогда, умиротворенным и счастливым. В один из выходных дней, Вики познакомила его со своими подругами. Они вместе объехали не один бар и ночной клуб. Не смотря на молчаливость Дугласа, девочкам он понравился, вероятно, за счет своей вежливости, галантных манер и щедрости.
В кульминации того вечера в ночном клубе он притянул к себе танцующую Вики.
- Ты хоть понимаешь, как ты прекрасна? - спросил он. - Как ты соблазнительна?! Как ты желанна?! В этом зале полсотни девушек, а я глаз от тебя отвести не могу. И что поразительно, не потому что боюсь, что тебя кто-то обидит, а просто не могу смотреть больше ни на кого. Мне во всем мире никто не нужен, кроме тебя!
- Ты слишком много выпил, Дуглас.
- Я сегодня пью только воду. Во мне ни капли спиртного. Вики, ты мое спиртное, скажу даже больше, ты мой наркотик! Похоже, я не могу без тебя жить, дышать не могу! Ты мой кислород, без тебя я не могу!
Последние слова были сказаны с таким надрывом, что Вики невольно притянула его голову к себе и приложила губы к своей шее. Она рефлекторно уже знала, что сделать, чтобы он понял, она в его власти и он может делать с ней, что пожелает.
Даже после выпитых коктейлей, Вики понимала, что подобные признания даются Дугласу не легко и, что ему очень порой тяжело сдерживать агрессию и грубость по отношению к окружающим. Иногда, по ночам, его тревожили кошмары, все его тело напряглось, дыхание становилось прерывистым. Вики это пугало, она не забыла, как однажды в порыве неконтролируемой агрессии, он ударил ее и боялась повторения подобной ситуации. Но чем больше Вики проводила с Дугласом времени, тем больше у нее было уверенности, что она сможет это контролировать. И действительно, стоило ей лишь увидеть или почувствовать первые признаки нарастающего напряжения и гнева, она тут же прижималась к нему всем телом, это действовало безотказно. А нежные убаюкивающие и монотонные слова, окончательно успокаивали его.
Порой Дуглас замыкался в себе и было видно, что он борется с тяжелыми воспоминаниями, которые отравляют ему жизнь. В таких случаях Вики оставляла его одного и не лезла ни с ласками, ни с расспросами. Она не решалась бредить эту рану, предпочитая неведение и отстраненность, малоприятной правде и пугающей откровенности.
Вики даже устраивало то, что у Дугласа есть часть жизни, которая скрыта от нее, это давало ей моральное право не посвещять его во все свои секреты. Но с каждым днем она сильнее и сильнее ощущала невероятную привязанность и необходимость быть рядом с этим человеком, слушать его голос, ощущать прикосновения, ловить серый пронизывающий взгляд и с трепетом принимать его ласки. Каждый вечер оказываясь в объятиях Ханта, Вики видела свое отражение в его глазах. Он смотрел на нее с нежностью и болью, будто она самое ценное в его жизни и вот-вот исчезнет. Дуглас мог часами лежать у нее на коленях, обняв за талию, или прижаться губами к тонкой шее совсем тихо что-то бормотать, целуя бьющуюся вену. Но Вики знала, что такие сильные чувства и эмоции до добра не доводят. Это, как плыть по тихому океану в маленькой лодке - вероятность не встретить рано или поздно разрушающий шторм, стремится к нулю. Непременно тихие и убаюкивающие волны уступят место шквальному ветру и пугающим двадцатиметровым волнам. Останется ли что-то от этой лодки? Останется ли хоть что-то от нее самой?
Но сил противится притяжению к этому невероятному мужчине у Вики не было. Она понимала, что влюбляется в него каждым днем все больше и больше.
- У тебя что-то случилось? - осторожно спросила Вики.
- Что? - растерянно спросил Дуглас.
- Ты сегодня слишком молчаливый и задумчивый. Уже минут десять, как нам принесли стейки, а ты к ним даже не притронулся. Что-то не так?
Вики сидела напротив Ханта в ресторане, недалеко от ее дома. Прошло почти три недели с того вечера, как Вики вломилась к нему домой и осталась на выходные. Почти каждый вечер после работы они вместе где-нибудь ужинали. Это время было буфером между рабочими и личными отношениями.