- Не понимаю, почему мне так плохо? Почему так больно? Что со мной происходит? То, что я узнала, вообще для меня не новость. Это ни коем образом не скажется на моей жизни, вообще никак не повлияет на нее. Я давно не питаю никаких иллюзий в отношении происходящего вокруг. Я в курсе о жестокости, беспощадности и циничности нашего мира. Может именно поэтому я никого не подпускаю к себе близко, никого не пускаю в свой мир. Я знала, что рано или поздно все так и будет. Это неизбежно, это как закат, что угодно делай, но солнце зайдет на западе. Почему же именно теперь так больно? Вот тут, - Вики указала на грудь, - так тяжело. И хочется плакать. Слезы будто душат меня. Но в глазах ни слезинки. Может я их выплакала раньше?
Вики наклонилась вперед и прижала ладони ко лбу. Она пыталась глубоким дыханием отогнать предательски подступавшие слезы.
- Мне не надо ничего объяснять. Я просто побуду рядом, пока тебе не станет лучше.
- Я уже испытывала что-то подобное раньше. Очень давно, но тогда все остались живы.
- Хочешь выпить?
Она отрицательно покачала головой.
- Есть одно место, мое место. Я туда приезжаю, когда мне плохо или я растерянна и не знаю, как поступить. Там океан. Он меня понимает. Он разделяет мои чувства, сочувствует мне. Он мне отвечает. Но сегодня - это может быть слишком. Я вовсе не хочу упиваться своими переживаниями. Я хочу жить. Мне есть ради чего! Я не могу себе этого позволить.
Вики замолчала. Она в который раз недоумевала, как в таком четко отлаженном механизме, как человеческое тело, появляются чувства. Как не физическая, а эмоциональная, душевная боль может так сильно влиять на все?
- У меня есть идея! - вдруг прервал ее Хант.
Он резко развернулся и, вдавив педаль газа, помчался в противоположном направлении.
Не сбавляя скорости, темно-синий «JAGUAR F-PACE» проехал промышленную часть города и выехал на загородную трассу. Менее чем через полчаса они подъехали к огромным железным воротам, от которых в двух направлениях шла высокая металлическая сетка, за которой на сколько позволяла видимость, Вики разглядела множество автомобильных покрышек, сложенных причудливым образом. И лишь вглядевшись внимательнее, она поняла, что покрышки и сетка - это ограждение гоночной трассы. Справа от ворот, располагались невысокие ангары.
- Посиди здесь. - сказал Хант и вышел из машины.
Он подошел к центральным воротам, освещенными тусклыми фонарями и пару раз стукнул в них кулаком. Фонари тут же зажглись ярче, и из ворот выглянул невысокий мужчина. Через минуту Дуглас Хант вернулся в машину, а железные ворота медленно начали открываться.
- Это гоночная трасса? - спросила Вики, когда Хант сел в машину.
- Да, это картинг моего друга. - он немного запнулся, - Мы когда-то давно были друзьями. - добавил он.
Под пристальным взглядом открывавшего ворота мужчины, Вики с Дугласом въехали и припарковались в указанном месте.
- Пойдем. - сказал Хант и снова вышел из машины.
Выйдя из теплого салона, Вики сразу запахнула плотнее свой пиджак. После дождя ветер стих, но сырость и прохлада пробирала до костей. Лишь сейчас она поняла, как нелепо выглядит в рабочем костюме и спортивных кроссовках.
- Майк в конце гаражей, идите на музыку и яркие огни. - сказал им мужчина
- Спасибо. - ответил ему Хант и, обняв Вики, прошел в указанном направлении.
Влажная после дождя земля разъезжалась под ногами. Придерживаемая Дугласом за талию, Вики шла вдоль длинного металлического ангара, разделенного на отсеки. С каждым шагом всё громче и громче звучала музыка. Сначала Вики думала, что ей показалось, но с приближением ярко-освещенного гаража в конце ряда ангаров, Дуглас все крепче ее сжимал, что было и приятно и неловко.
- Что-то не так? - спросила она.
- Не только тебя преследует прошлое. И не только у тебя скелеты в шкафу, Вики.
Она чувствовала напряжение, охватившие Ханта.
- Приехать сюда, не лучшая идея, сегодня - тихо проговорил он и еще крепче обнял ее.
Вики только собиралась что-то ответить, как сразу ярко загорелись фонари, осветив всю площадку перед ними, и из открытых дверей показалась высокая фигура очень хорошо сложенного мужчины. Подойдя поближе, она заметила на нем видавшую виды куртку и кожные штаны. Гладко зачесанные волосы и иссиня черная густая, модно подстриженная борода, придавали и без того колоритному мужчине еще больше брутальности. Вдруг, настороженный и угрюмый взгляд сменился неподдельным удивлением.