— Дорогой, ты не подумал упомянуть об этом до того, как мы взяли за основу шаблон млекопитающего? — Шестая строго покачала головой. — И мы договорились не переделывать. Нет, ты как хочешь, но ему придётся кормить детёнышей молоком.
— А пусть себе кормит, — усмехнулся Восьмой. — Сначала отложит яйца, а потом кормит, когда вылупятся!
Это было что-то новенькое. Среди всех эпох на всех планетах, где Шестой довелось побывать, ещё ни разу ей не попадались яйцекладущие млекопитающие, как самостоятельный вид. Обычно эволюция складывалась в обратном порядке: рептилии начинали выводить яйца в собственном теле и рождать самостоятельных детёнышей, но переходили к выкармливанию молоком только спустя многие миллионы оборотов. Даже представить обратное казалось полнейшей бессмыслицей! Как подобное могло получиться естественным образом? А главное, зачем?!
— Вот как ты себе это представляешь? — устало прикрыла она лицо ладонью. — Если я возьму репродуктивную систему от яйцекладущих, у него даже сосков не будет!..
— Правда?.. Да и ладно, ничего! Пусть слизывают молоко прямо с кожи! — уверенно отрезал тот. — Ну, или с шерсти…
Утомившись спорить, Шестая лишь вздохнула и полезла в директорию с функциями яйцекладущих. Ожидаемо, первая же симуляция с новой репродуктивной системой завершилась критической ошибкой.
— Но почему?! — недоумевал Восьмой. — Всё же работало только что…
— А меня больше удивляет, почему ошибка вылезла только сейчас, — усмехнулась Шестая, но тут же взглянула на сына более серьёзно. — Похоже, получится оставить только что-то одно. Откажемся от яиц или от молока?
— Не хочу я ни от чего отказываться! — упрямился Восьмой, потеснив мать, и принялся копаться в коде. — Подожди, сейчас я всё поправлю…
— Нет, дорогой, это никуда не годится! — с ужасом уставилась она на проекцию. — Нельзя просто взять и удалить ген определения пола только потому, что он выдаёт ошибку!.. Даже если без него получится обойтись, наше вмешательство будет слишком заметно.
— Да какая разница?! — злился тот. — Думаешь, кому-то ещё есть дело до этого мира? Наставник говорит, что эта планета — одна сплошная катастрофа!
С этим сложно было поспорить. После ранних экспериментов Тридцатого угрозы полного вымирания возникают тут каждые полпериода, не меньше! Его приходилось перезапускать с нуля уже сотни раз, возвращаясь в прошлое снова и снова. Несколько полных вымираний лишь чудом удалось предотвратить, минуя неизбежные геологические катаклизмы.
Над реабилитацией этой планеты без устали работали тысячи специалистов, причём уже не первое поколение. Но им до сих пор не удавалось продержать цепочку эволюции достаточно долго, чтобы новая цивилизация получила хоть малейший шанс стать самостоятельной — и, главное, полезной в качестве соседей по галактике в настоящем времени.
— И всё-таки тут уже не раз появлялись признаки разумной жизни, — ответила Шестая. — Например, сейчас где-то там в океанах задыхаются остатки вполне перспективной ветки морских ящеров. У них даже была устная коммуникация, представляешь? Они передавали потомкам истории своей жизни и даже создали первую религию.
— И ты всерьёз думаешь, что эти морские ящеры смогли бы расшифровать твою писанину?! Её даже я не всегда могу прочитать, а я знаю тебя всю жизнь!
Шестая невольно усмехнулась, но тут же вновь постаралась вернуть себе серьёзное выражение лица.
— Не забывай, что наша работа именно в том, чтобы ускорить развитие разумной жизни на соседних планетах, — строго заметила она. — Мы не можем заранее исходить из того, что у нас ничего не получится!
— Да знаю я… — насупился Восьмой, не отрывая глаз от кода. — Но даже если это случится, каковы шансы, что потомки моей практической работы доживут до тех времён, когда местные жители обретут разум и расшифруют свой собственный код?
— Ну да, ты прав, — подумав, ответила она с лёгкой улыбкой. — Шансов никаких, — шёпотом добавила она, поглядывая на младшего, который вновь увлёкся игрушкой.
— Тогда вот, смотри!
С торжествующей улыбкой Восьмой запустил симуляцию и… она снова завершилась критической ошибкой, хотя и чуть позже.
— Как же так?.. — расстроился парень.
— Ладно, давай посмотрим повнимательнее, — Шестая вывела перед собой увеличенную трёхмерную модель половых хромосом.
— А что это за крестики? — тут же заинтересовался младший, оставив полуживую игрушку трепыхаться на полу.
— Так выглядит та часть кода, которая отвечает за пол, — терпеливо пояснила мать. — Вот эти два крестика есть у самки, а у самца — один крестик и вон та короткая загогулинка. Вот только кое-кто, — она бросила многозначительный взгляд на старшего, — уже успел добавить поверх этих ещё одну копию половых хромосом — от птиц…