Волчица стояла перед врагом, её поза напряжённая и готовая к атаке. Мускулы под шерстью вырисовывали причудливые узоры, выдавая её готовность к мгновенному прыжку. Она держалась гордо, слегка приподняв голову и напрягая уши, наклонившись вперёд, словно пружина, готовая распрямиться.
Её влажные от слёз глаза выражали букет эмоций, состоящий из грусти, страха и желания повергнуть врага. Взгляд был прямым и сосредоточенным, не сводя глаз с движений противника.
Когда волчица заговорила, её голос отдавал оттенками палитры спектра эмоций, смешивая воедино, словно инь и янь, низкий и рычащий, насыщенный гневом и ненавистью голос, в котором не было места сомнению.
Самопожертвование
Они не колеблясь вступили в бой с медведем, который, не боясь умереть, стал прогонять медведя. Они любой ценой сделают это! Белый самец с черными рогами, словно луна на фоне небесной глубины, встал на пути медведя. Его величественные серые когти были готовы в любой момент разрезать врага, а клыки оскалились красными, словно капли крови на белоснежном снегу. Взгляд его искрился пронзительным и решительным, полным древней мудрости и коренастости.
Зверь, который ни разу не вступал в схватку с кем-то более грозным, чем он сам, был сокрушён аурой величия, извергающейся с медведя, словно извергающийся вулкан. Пропитанный уверенностью в победе, он на мгновение заставил себя засомневаться, сможет ли он прогнать его.
Но врагу хватило этого времени, чтобы сделать быстрый рывок, словно призрак, бесшумно и ловко, проткнув голову волка длинными когтями.
Его тушка, истекающая кровью и отчаянно пытающаяся вытащить когти, быстро теряла силы, словно вода, испаряющаяся на солнце.
Его тело извернулось в предсмертных судорожных конвульсиях и было отброшено медведем в чащу леса, приземлившись мёртвым грузом. Словно его жизнь ничего не стоила.
Малиновая волчица с розовыми рогами и голубым хвостом, видя эту картину, почувствовала, как её сердце сжимается и бьётся всё чаще, словно пытаясь вырваться. Из её опустошённых глаз и миловидного носика стекали слёзы ручьём.
Мои мысли заполнены лишь супругом Оками, словно забитая до отказа тумбочка. Я собиралась сделать это вместе со своим супругом: прогнать негодяя, ступившего на нашу территорию. В итоге он мёртв, но мне есть ради чего жить - щенки, которые отчаянно желают облизать мою морду снова, и победа, которая положит конец безчинству медведя.
Жалобные громкие стоны и прерывистое тонкое скуление пронзило воздух, создавая гнетущую и скорбную атмосферу.
Каждое всхлипывание и плач, словно разрывали тишину на куски, наполняя её звуком боли и отчаяния.
Лес вокруг, казалось, замер, сочувствуя утрате волчицы, словно деревья и листья прониклись трагедией, происходящей рядом. Ветра почти не было; лишь лёгкий холодный бриз пробегал по поляне, подчеркивая безысходность ситуации.
Тусклый розовый с оттенками красного свет заходящего солнца пробивался сквозь кроны деревьев, освещая сцены горя и утраты, заставляя всё вокруг казаться мрачным и тоскливым.
Разве она может опустить руки после смерти одного из них? Нет, она всё ещё должна выполнить обещание.
Не имея ни капли страха, она ринулась вперёд.
Медведь, ощутив боль, зарычал, и его глаза вспыхнули магическим светом.
Он взревел, спровоцировав искажение в воздухе, словно появилась чёрная дыра.
Его пасть извергла тёмно-зелёную субстанцию, густую и вязкую, словно смола, окружая его тело и формируя защитный кокон.
Силы волчицы начали угасать, но мощь медведя только росла в геометрической прогрессии.
Внезапно начали вырастать загнутые назад шипы, которые стали отделяться, словно щупальцы осьминога, вонзаясь в неё и причиняя острую ноющую боль.
Громкий рев боли вырвался из пасти большого хищника, наполнив лес пронзительным звуком, который, словно волна, прокатился по окрестностям. Этот первобытный крик, насыщенный отчаянием и агонией, отозвался в сердцах всех существ, населявших этот край. Звук был настолько мощным, что казалось, будто само время замерло на мгновение, уступая место этому оглушительному реву.
Звери, обитающие в округе, инстинктивно чувствовали опасность. В тот момент, когда их уши уловили этот ужасный звук, по их телам пробежала дрожь, а сердца забились быстрее.
Птицы, уютно устроившиеся на ветвях, резко взмыли в небо, срываясь с насестов и размахивая крыльями в панике. Их крики слились в один непрерывный поток звуков, напоминая хаотичный хор.