Местечко вообще оказалось своеобразным — отдельный коридор с девятью камерами, разделенными кирпичными стенами. На выходе — три решетки и отдельный пост с дежурным, пультом и крошечным цветным телевизором на столе.
Талант ни в одну из камер на уровне не проходил — скользил мимо, в соседние боксы с заключенными. Защити они весь закуток так — то и по коридору «пройтись» бы не удалось. Повезло.
— Гражданин, — еще после десятка минут раздумий знакомый голос постового заставил открыть глаза и переключиться на картинку перед собой.
— Уснул. — Показательно протер я глаза.
— Детектив готов вас принять. Следуйте за мной.
Кивнув, я направился за сопровождающим, стараясь смотреть перед собой. Мне все еще тут не нравилось — и к перечню минусов добавились кабинки из пластиковых панелей, за которыми были углы на три-четыре стола, заваленные бумагами. На одном из столов обычно был монитор. Куда реже он был включен, и за ним сидел уставший сотрудник. Еще реже тот печатал что-то, сверяясь с записями. Возможно, в городе почти победили преступность, но бюрократию — никогда.
В один из таких углов привели и меня.
— Я дождусь вас, гражданин, — кивнул мне постовой, оставляя наедине с грузным мужчиной в полосатой рубашке.
В отличие от других мест, тут один стол со стулом был свободен — куда мне и предложили присаживаться, удостоив коротким жестом. Зато на других столах бумаг было сильно больше — и все до одной чистыми сторонами вверх, чтобы не было возможности прочесть.
— Мое имя, — переложил мужчина табличку с надписью «Рольф Уоррен, детектив» на угол моего стола. — Вот бланк, вот ручка. Сверху справа напишите обращение ко мне. Далее — все, что кажется вам важным. Понадобятся еще страницы — вот еще десяток, — переложил он их к табличке.
— Я быстрее бы напечатал, — кивнул я в сторону компьютера.
— Завидую вам, — кивнул тот равнодушно. — Как завершите, скажите мне.
После чего развернулся к монитору и принялся пальцем выцеливать буквы по одной на желтоватой клавиатуре.
Я осторожно вывел первые слова от руки — ощущение, будто разучился. Впрочем, получалось сносно, почерк — вполне разборчивый.
Заняла вся писанина не меньше часа — и дополнительные листы все равно понадобились. Мы очень много чего передали Томми, рассчитывая использовать как подарки — и все они были в списках трофеев после зачистки четвертого радиального. На память я не жаловался, да и ложной скромностью не страдал.
— Я — все, — отодвинулся от стола, словно на экзаменах.
— Час сверхурочных вы мне уже принесли, — поднял детектив левую руку с наручными часами. — Давайте почитаем, — сгреб он листки удивительно ловко и, нахмурившись, принялся изучать написанное.
После чего встал и засунул листки в сканер МФУ справа от монитора. Копии подписал, проставил дату и положил мне на стол.
— Если найдем, с вами свяжутся. — Остался он стоять на ногах, намекая, что и мне пора уходить.
— Могу помочь следствию. Он у вас сидит за массовое убийство. — Указал я пальцем вниз.
— Значит, точно найдем. — Был детектив непреклонен.
— А мои вещи, обнаруженные у него дома, прибрал к рукам город.
— Вещи, значит, тоже найдем.
— И вернете? — Скептически поднял я бровь.
— Наше дело — найти. — Вновь посмотрел детектив на часы. — Если есть свидетели передачи — значит, судья осмотрит место сделки и подтвердит ваши слова.
— И когда это будет?..
Детектив задумчиво посмотрел на заваленные делами столы.
— В самое ближайшее время.
— Тогда не буду вам мешать, — удержал я вздох, прибрал к рукам свои копии с отметкой и вышел в коридор.
Там терпеливо дожидался постовой — вот же бедолага, даже стула не предложили.
— Вроде все, — показал я бумаги.
Тот не изъявил никаких эмоций и молча прошел к выходу. Впрочем, ему что тут стоять — что на одиннадцатом.
— Если я куплю вам кофе, это не будет считаться взяткой? — Уточнил я со спины.
Тот заинтересованно обернулся.
— Нет.
— Тогда подождите, я к автомату. — Нацелился я на угол зала.
Одна надежда, что поток большой, и хотя бы вода внутри приличная — менять должны часто. Зерна — это вот сомнительно. Хотя Новый город — богатое место.
«Весьма даже богатое», — оценил я стоимость чашки и, недовольно качнув головой, засадил в аппарат двадцатку долларов.
Десять за стакан — себя я тоже обделять не стал — это все-таки перебор.
Взяв оба стакана, вернулся обратно и уселся на скамейку. Старушка куда-то подевалась, зато на дальнем краю оказались два хмурых мужика с фингалами под глазами, но в довольно-таки приличной одежде.