А лифт ждать — уже известные полчаса. Да и накроется все тут же — как затрубят о побеге, так и все записи камер станут просматривать с неприятной тщательностью.
«Так или иначе, все полетит в бездну. И Томми молчать не станет, если его оставить. И за побег навалятся крайне серьезные последствия».
Выхода не было — я шагнул вперед, успев за несколько секунд до того, как входная дверь перекрыла проход.
— О, вас сегодня четверо? — Донесся из динамиков хриплый голос.
— Четверо-четверо, — коронер посмотрел на мертвого Томми.
Я, замерев на вопросе, позволил себе еле заметно выдохнуть. Где-то над головой явно были камеры — а оператор сидел за непроницаемым для таланта барьером.
— Запрещенные вещества есть? Если забыли что-то в карманах — последний шанс спасти.
— Никаких запрещенных веществ. — Буднично ответили ему.
— Четвертый о правилах знает? Как его зовут?
— Томми его зовут. Там, откуда он, с правилами строго, — хмыкнул старший.
— Запускаю. Томми — не дергайся, не любят они этого.
— Шутник, блин, — фыркнул коронер.
В бетонной стене справа щелкнули механизмы, и часть бетона будто выдавило, образовав небольшой лаз — откуда беззвучно выбежали две темно-рыжие собаки с черно-серебристыми мордами.
С гладкой, плотной шерстью, длинными когтями, неприятно цокающими по полу, и стальными масками, перекрывающими не пасть, а верхнюю часть. Присмотрелся — серебристая сталь была частью черепа, полностью закрывающая глаза. Впрочем, возможно глаз и не было — что не мешало созданиям ориентироваться в пространстве.
Четырехлапые деловито обнюхали каждого, проигнорировав меня начисто. Я же, чтобы не вызвать вопросов у наблюдателя, попросту придвинулся к похоронщикам и встал посреди них. Те все равно не двигались и руками не шевелили — настороженно поглядывая на мутировавших собак. Со стороны же получалось, что и меня тоже проверили.
Так ничего не найдя и потеряв интерес, собаки столь же беззвучно скрылись обратно через лаз — и участок стены вернулся на место.
Мог бы потеть — обязательно бы вспотел от напряга. А так — невольно переглянулся с остальными, неуверенно улыбаясь. Те, впрочем, тоже улыбок облегчения не сдерживали — но обменивались, понятно, между собой, меня не видя в упор. А и ладно — главное, чтобы наблюдателю показалось иначе.
— Проходите, — прохриплели динамики, и дальняя дверь скользнула вбок гораздо мягче.
В ярком свете огромной хирургической лампы, закрепленной под потолком, недалеко от входа нас встречал невысокий старичок в белом больничном халате поверх серой шерстяной кофты с высоким воротом. Вытоптанные кроссовки сомнительно сочетались с ярко-желтыми солнечными очками, поднятыми выше лба. Сам он стоял, запустив руки в карманы и привалившись к стальному столу с кучей регулировок, расположенному прямо под лампой.
А вокруг — во все стены и до потолка — шкафы из матовой нержавейки с прямоугольными выкатными ящиками. Как в кино — в тех кадрах, где показывают городской морг какого-нибудь небедного городка.
— Ну-с, что у вас? — Местный сотрудник посторонился в сторону, чтобы дать похоронной команде положить носилки с Томми на высокий стол под лампами.
Томми же умоляюще смотрел на меня.
Я успокаивающе кивнул — пока ничего страшного, прорвемся.
«Главное, чтобы не сорвался бежать, когда увидит скальпель».
«Интересно, у них тут есть протоколы на случай восстания зомби?..»
«И делать-то теперь что?» — Третьей мыслью, напряженной — ведь команду коронера сейчас отправят обратно. — «Томми-то убережем, а выбираться нам как?..»
Получалось, что надо воровать карту доступа — и надеяться, что эти трое провозятся достаточное количество времени до того, как просить у местного хирурга поискать карту внутри. Желательно — чтобы тот завершил все манипуляции над иллюзией.
Пока раздумывал, случилось странное — старичок, опустив яркие очки на глаза, принялся внимательно оглядывать мертвеца. Буквально вглядываясь — не стесняясь чуть ли не водить носом над лицом псевдо-трупа и его впалой грудью.
— Отлично! — Шумно выдохнув, с довольным видом распрямился местный доктор. — Слушайте, как живой! — Обратился он к коронеру, будто ожидая увидеть энтузиазм и понимание, но увидел только вежливую скуку. — Вся структура оранжевая, процент потерь околонулевой! В этот раз очень быстро доставили, буду рекомендовать вас премировать.