— Надо все это чем-то разбавить, — подскочил я.
В конце концов, был в городе приятель — я как раз обещал занести шефу четвертого радиального бутылек с духами.
И даже настроение приподнялось — мерзкое желание остаться одному, поглядывая на всех свысока, выцвело в эмоциях предвкушения скорой встречи. Опять же, дарить подарки — почти так же приятно, как их получать.
На том порешив, забрал из сумки бутылек, потом скептически посмотрел на рюкзак с Хтонью — та все еще жрала свое главное угощение.
«Взять ее или нет?..»
На уровень с Амелией не брал — да и тут, пожалуй, особого смысла не было.
Проблема в том, что и в дальнейшем этот вопрос будет постоянным — придется или тягать на плечах рюкзак с вечно жующим созданием, или понадеяться на власть Реликта.
Вроде как угрозы и нет. А с другой стороны — если бы не Хтонь, Томми с гарантией оказался бы мертв.
— Слушай… — Присел я с рюкзаком.
Почувствовал настороженное внимание — как от собаки, которая схватила какую-то гадость с земли и замерла, убежденная, что сейчас отнимут.
— Я, конечно, побаиваюсь того, к чему это приведет, но… Ты в курсе, что для лучшего поглощения лучше поместить еду внутрь себя?
Хтонь немедленно заверила, что так и есть — собственно, «рюкзак» и был Хтонью вокруг мертвой плоти Реликта.
— Есть еще небольшой секрет — надо еду измельчить. Тогда площадь соприкосновения с ней будет больше. И впитываться она станет быстрее.
Донеслось легкое сомнение — мол, и так все хорошо. Почти три десятка уровней в самой лучшей Хтони на планете — а значит, она все делает правильно.
— Да, но это за счет ванны возвышения, — продолжал я объяснять очевидное. — А вот если без ванны, то лучше разжевать добычу мелко-мелко. Для этого эволюцией предусмотрены зубы…
Я немедленно отпрянул, когда рюкзак обратился воплощенным кошмаром из сотен челюстей, немедленно вцепившихся в зеленоватые каменные пластины. Впрочем, без особого результата.
«Не грызутся!» — Донеслось обиженное.
— Помнишь, что я просил сделать с ножиком? Вот и… Хорош!!! Стену не трогай!!!
Бывшую плоть реликта размололо вхлам, немного пострадал пол и обои все-таки оказались обгрызены. Вместе с бетоном.
— Ну и вот! Удобно же! — Деланно весело произнес я сферическому чудовищу из кучи вложенных друг в друга пастей и зубов.
Тут же словно по колену потерлись — довольно, признательно и в кои то веки сыто.
— А теперь обратись, пожалуйста, обратно в милую и красивую Хтонь. И полезай на плечо.
С некоторым даже облегчением смотрел я на прозрачного ската, уютно расположившегося возле шеи.
Я поискал глазами — где-то в комнате оставалась ваза с фруктами. Оказалось, Томми переставил все на кухню — к слову, пока я отсутствовал, кто-то перемыл всю посуду.
— Ам? — Сунул я яблоко из вазы к Хтони.
То словно сфрезеровало в секунду — только зеленоватая кожица осталась на моих пальцах.
— Нет, это давай по старинке. — Вздохнул я тяжко. — Яблоко ж никто не отнимет — а значит, можно никуда не торопиться.
Концепцию приняли с сомнением — но, в общем-то, Хтонь через какое-то время приникла к подаренному и принялась потреблять как раньше.
В конце концов, если она еще раз все сожрет махом — я больше ей точно ничего не дам. Угроза была воспринята серьезно.
«Надеюсь, я не прокляну этот момент», — подумал я укромным уголком сознания. — «Впрочем, пока я в понимании Хтони являюсь главным поставщиком еды, самостоятельно она ничего искать не станет».
А значит — не сожрет этот мир.
С Реликтом на руке это больше не вызывало особенного беспокойства. Многое вдруг стало завязано на мою адекватность.
Кроме подарка, прихватил с собой пару бутылок вина — нормальный комплект для похода в гости. И уже со спокойной душой отправился по давно известному пути.
Ни телохранителей, ни негласного сопровождения — простые маршруты, выходы с уровня к радиальным коридорам. Пустые, по рабочему времени, дороги — на обочине так и вовсе никого. Все добирались к выходам в Лес на машинах — таскали инвентарь, приборы. Да и быстрее так. Но когда времени слишком много — пешком и вовсе идеально. Бутылки только оказалось неудобно нести — но Хтонь частично обратилась чем-то вроде сумки, и эта проблема тоже отпала.
Хорошее настроение смазалось, когда возле знакомого дома оказалась машина скорой помощи и два угрюмых микроавтобуса без надписей.
Впрочем, ни в скорой, ни в фургонах моего знакомого не было — талант отметил Гэбриэла внутри разгромленного дома, с подвязанной к груди рукой и заплывшим от синяков лицом. Друг сидел на стульчике и что-то объяснял человеку в форме, делавшему вслед за ним быстрые записи в перекидном блокноте.