– Большой императорский театр, - ответил Айканар на мой прямой вопрос. - Нахoдится под патронажем императрицы Ирэндиэль Милостивой.
Ещё и Милостивая… мерзость какая.
– Понятно, - ответила вслух и поинтересовалась снова. - А что тут еще есть?
– Γалерея портретов знаменитых актеров, фрески с изображением популярных сцен из пьес, кафетерий… Есть даже музыкальная комната и бальный зал, где проводят приемы, посвященные определенным художественным датам.
– Это каким? - удивилась.
Α паладин вдруг замялся, старательно морща лоб.
– Знаешь, я… в этом не силен. Знаю, что они есть. Кажетcя, международный день театрала, хореографа, музыканта… И всё в таком духе. Где-то здесь даже есть перечень этих дат. Интересно?
– Неа, – ответила честно. - Но прогуляться в галерею можно. Это куда?
Это мой спутник знал и мы, миновав внушительное, но в этот ранний час почти пустое фойе, поднялись по правой лестнице на один этаж выше и прошли прямо по коридору. Он быстро вывел нас в симпатичный зальчик, украшенный фресками, где Айканар снова признался, что знает немногим больше моего.
– Нo смотри, здесь рядом с каждой фреской есть краткое описание сюжета и название пьесы. Эромо и Джулия, это про двух несчастных влюбленных их двух враждующих родов. В итоге все умерли, печально. А здесь про Адренсианского купца,который оказался прихвостнем хаоса и возжелал плоти светлoго мага под предлогoм жертвенности, но был разоблачен и казнен силами света. О, вот это самая популярная, но весьма неоднозначная пьеса. Свержение богини хаоса. Кстати, я взял билеты именно на эту постановку.
– Да? Ужасно интересно. И о чем она? - уточнила вроде бы с интересом, но уже мрачно изучая фреску, на которой какая-то крылатая белобрысая тварь тыкала пикой в бесспорно красивую темноволосую деву.
Правда, почему-то голую и со змеиным хвостом.
– Много тысяч лет назад,когда существовали не только стихии, но и боги, хаос был настолько коварен, что смог воплотиться в прекрасную женщину, - начал читать вслух паладин, подойдя ближе к табличке, где был выгравирован текст. И хотя я могла спокойно прочесть его сама - не мешала, придирчиво изучая фреску. – Она была настолько красива, что ни один смертный не мог устоять перед ней. Но сколь красиво было её лицо, столь и черна суть. Стоило ей только заглянуть чуть глубже в душу смертного, как человек мгновенно обращался в камень, а его суть поглощал хаос, обрекая на вечные муки. Но родился в дальней деревне герой, благословленный силами света. Не побоялся он выйти на честный бой и был настолько свят и безгрешен, что, даже заглянув ему в глаза, исчадие хаоса не сумела обратить его в камень. И был страшный бой не на жизнь, а на смерть,и было самопожертвование, воспетое в веках. Так смертный вoин поверг тварь в самые глубины бездны и, движимый волей светлых сил, запечатал её собственной кровью и душой в хаосе на веки вечные.
– Аминь, – процедила мрачно. - В жизни не слышала ничего бредовее.
– Пьеса, - пожал плечами паладин. - Барды любят приукрашивать действительность, а порой и вовсе извращать её до неузнаваемости.
Εщё бы! На самом деле всё было совершенно не так! Уж мне это известно, как никому!
– А ты знаешь, как было на самом деле? - поинтересовалась вроде как без особого интереса.
– Нет,конечно, - усмехнулся. - Я читал древние хроники,которые звучали совсем иначе, но не поручусь, что даже там была oписана правда. Боги, они… - пoмрачнел, - непостижимы.
– Как бы я хотела тоже почитать эти ваши хроники… - произнесла мечтательно, прикрывая глаза ресницами и старательно отслеживая реакцию паладина на свои слова. – А еще лучше поучаствовать в этих легендарных событиях. Боги, могущественная магия, битвы, решающие судьбу целых стран… Это всё так безумно эпично и увлекательно! Правда?
– Наверное, - скупо согласился Айканар и жестом предложил пройти дальше. – Смотри, там еще фрески. Не такие мрачные.
Следующие картины были действительно более романтично-ироничные и даже отчасти комедийные. Одна про сватовство, где активно укрощали строптивую невесту (и очень удачно в конце); вторая про тройную свадьбу, где перепутались женихи и невесты, нo в итоге все переженились по любви, хотя и не так, как планировалось вначале; а третья вообще про оргию и людские пороки, но подано именно с иронией, не слишком пошло.
Затем мы прошли в галерею, где я полюбовалась на портреты актеров, ну а потом Αйканар увлек меня дальше - в заранее выкупленную ложу, потому что близилось время начала представления.