– Тогда кончай быстрее, и желательно где-нибудь подальше от меня, – огрызнулся я. – У Моринэ вон уроки бери. Ему в тюрьме скучно. Он небось обрадуется твоему появлению.
– Ну что же ты такой грубый, Гурто… мы ведь к тебе по-доброму, по-свойски… ну разве можно быть таким невоспитанным мальчиком?
Эдди последние слова буквально пропел, при этом пребольно ткнув мне кулаком в ребра. Хватка у этого козла тоже была железной, поэтому плечо у меня мгновенно онемело. Вот только сдаваться я не собирался, кое-какие навыки от обучающего модуля уже получил, поэтому, как только ощутил, что Босхо потянул меня за военный мундир, тем самым заставляя тугой воротник врезаться в горло, одним движением сунул здоровую руку в карман, выудил оттуда стило и, использовав приятелей Босхо вместо ширмы, со всего маха вонзил в лежащую на столешнице ладонь.
– А-а-а! – в голос взвыл Эдди, когда стальной наконечник прошил его лапу насквозь и с легким стуком вонзился в дерево. – Ах ты, мелкий ублюдок!
Я аж зубами клацнул, когда мне в затылок прилетела сочная оплеуха, после чего со всей дури шарахнулся носом о стол и залил его собственной кровью.
Конечно, на пару мгновений меня все-таки оглушило. В ушах зародился и начал стремительно нарастать нездоровый гул. В глазах потемнело. Слышать, что там еще орал Босхо, я на какое-то время перестал. Однако боли не было, да и соображать я еще не разучился, поэтому, воспользовавшись суматохой, вырвал из руки Эддарта окровавленное стило и при первой же возможности вогнал его туда снова. Причем если в первый раз меня прикрывали от камеры два недоумка, то теперь я был даже рад, что они кинулись оттаскивать от меня родовитого ублюдка и мой удар со стороны выглядел уже не как превентивное нападение, а как закономерный ответ, который я со своим ростом и комплекцией мог дать зарвавшемуся, превышающему меня по массе почти вдвое бугаю.
– ТЫ!.. – прорычал Босхо, когда приятели все-таки сумели его оттащить. – Ты на меня напал! Ранил, выкормыш дайна!
– Что тут происходит?! – В дверях, словно привидения, материализовались два рослых охранника.
Босхо дернул плечом, заставив порядком побледневших друзей его отпустить, и, продемонстрировав окровавленную руку, ткнул пальцем в стило, которое я после последнего удара так и не выпустил из рук.
– Он меня ударил!
– Сейчас разберемся, – не повели ухом бравые парни из охраны. – Живо за нами. К начальнику охраны. Бегом!
Босхо прижал раненую руку к животу и, одарив меня многообещающим взглядом, первым вышел из читального зала. Следом, беспокойно переглянувшись, потянулись его друзья. Ну а последним шел я, наткнувшись в дверях на откровенно сонного, разбуженного громким шумом смотрителя.
– Что тут происходит? Адрэа! – ахнул он при виде моего залитого кровью лица. – Тэрнэ милосердный, кто с тобой такое сотворил?!
Я прижал ладонь к лицу. Стило к тому времени у меня уже отобрали.
– Не переживайте, лаир Орин. Я в порядке.
– Да где же в порядке?! Ты только посмотри на себя… Эй, а вы куда его повели и что это вообще такое?!
– Драка, лаир смотритель, – вежливо оттеснил его один из охранников. – Не переживайте, мы во всем разберемся.
– Но это же… это же немыслимо! – воскликнул он нам вслед. – Трое на одного! Да какая же это драка, это попросту избиение!
Я в ответ только тяжело вздохнул.
Ну да, немыслимо, наверное. Но во всех мирах и во все времена встречаются ублюдки, которые искренне верят, что по праву рождения имеют право издеваться над слабыми. Я же только что наглядно доказал, что подобные вещи никогда не остаются безнаказанными.
Кабинет начальника охраны располагался на первом этаже административного здания, куда нас четверых и привели под конвоем, как злостных преступников. Когда лэн Даорн еще только занял кресло директора, нам нового начальника охраны даже представили – его звали лаир Торно, и выглядел он, прямо скажем, не особенно презентабельно для своей должности. Невысокого роста, сухой, седой как лунь, аккуратно одетый, с виду милый и симпатичный старикашка.
Однако когда нас после короткого доклада втолкнули в его кабинет, он глянул в нашу сторону так, что не только мне – даже Босхо разом расхотелось пререкаться.
Не знаю, как он, но, оказавшись рядом с дедком, я как-то разом почувствовал себя уязвимым. И поневоле сравнил сухонького, вечно невозмутимого старичка с каким-нибудь известным и многоуважаемым мастером боевых искусств. Честное слово, ему только длинной бороды не хватало, эффектного кимоно да затейливой прически, чтобы сойти за знаменитого японского мастера. Ну и висящей на стене катаны, конечно, которая дополнила бы этот образ просто идеально.