– Ты обманул меня, Адрэа, – все так же неестественно ровно уронил лэн Нортэн, когда я виновато улыбнулся. – Я ведь тебе поверил. Согласился помочь. Тогда как ты мало того, что неоправданно рисковал собой, так еще и меня чуть не подставил.
У меня перед глазами наконец стало проясняться, и, увидев, как посуровело лицо доктора, я почувствовал слабый укол совести.
– Надеюсь, вы там ничего лишнего не наговорили?
Это да. Было бы обидно, если бы из-за меня его уволили.
– Нет, – отвернулся мужчина, набирая какие-то команды на управляющей панели. – Но я был очень близок к этому. Сам не знаю, как сумел сдержаться. Однако твоей вины это ничуть не умаляет. Ты потерял мое доверие, Адрэа. Решил все сделать по-своему. Напрасно рисковал собой и мной. Поэтому отныне, что бы ни случилось и о чем бы ты ни попросил, я больше не стану тебе помогать. А теперь спи. Двое суток в модуле свое дело сделали, но тебе нужно восстановить силы.
Я хотел было сказать, что действительно очень сожалею и что на самом деле собирался рассказать ему все как есть, но лэн Нортэн уже набрал нужную команду. Крышка модуля снова закрылась, и вот после этого я, даже если бы и захотел, по-любому не смог бы до него докричаться.
Блин.
«Эмма, придержи ненадолго программу и расскажи, что произошло в хранилище, пока меня не было?» – спросил я, опуская голову на все еще мокрую подложку. Впрочем, почти сразу на меня подул теплый сухой воздух, и неприятные ощущения быстро пропали.
Подруга едва слышно вздохнула.
«Они взломали дверь примерно через два с половиной рэйна после того, как мы начали загрузку. Замки, как ты и просил, я заблокировала. Конечно, поначалу техники пытались что-то сделать, использовали доступные им резервные коды, стремились обойти блокировку, потом взялись за программы взлома… ну а когда стало ясно, что и это не помогает, они принесли другое оборудование и просто выпилили в двери отверстие, через которое и проникли внутрь».
«Так. Что было дальше?»
«Дальше субъект «лэн директор» увидел тебя в модуле и изволил непечатно выругаться. Особенно когда субъект «завхоз» доложил, что модуль давно списан и что, согласно бумагам, этот прибор вообще не должен быть рабочим. После этого прибор решили отключить, и субъект «лэн директор» отправил одного из охранников за субъектом «лэн Нортэн». Согласно перечню функциональных обязанностей, именно в ведении субъекта «лэн Нортэн» находятся все медицинские и околомедициские приборы в школе. Когда же субъект «лэн Нортэн» появился в хранилище, то у него в ауре обнаружились признаки нестабильности. Он первым увидел данные на панели приборов, первым узнал, что загрузка последняя, и сообщил субъекту «лэн директор», что модуль отключать ни в коем случае нельзя».
«Он действительно не брякнул там ничего лишнего? – на всякий случай уточнил я. – Не сказал, что давно знал о модуле? Или о том, что сам помогал мне с процедурой восстановления?»
«Первым же делом субъект «лэн Нортэн» потребовал отключить все маготехническое оборудование в радиусе тридцати шагов, – отозвалась Эмма. – К сожалению, насчет накопителя он оказался прав, поэтому из-за оборудования, которое доставили техники, сначала в нем, а затем и в программах модуля произошел сбой, поэтому вместо того, чтобы постепенно передать тебе пакет данных и плавно завершить загрузку в положенное время, модуль, наоборот, резко ее ускорил. А как только она закончилась, он самостоятельно запустил протокол распаковки, о чем субъект «лэн Нортэн» и успел доложить субъекту «лэн директор». Поскольку прибор был старым, не совсем исправным и к тому же уже выдал один сбой, то субъект «лэн Нортэн» настоял, чтобы вся посторонняя аппаратура была или отключена, или же покинула хранилище. Влияние даже слабого магонорического поля могло привести к повторному сбою, в связи с чем субъект «лэн директор» был вынужден деактивировать найниитовый чип, а у меня появилась возможность вмешаться».
«Ты остановила распаковку?» – насторожился я.
«Нет, Адрэа. Субъект «лэн Нортэн» обоснованно вошел в нестабильное эмоциональное состояние. Но прежде чем он успел рассказать детали, я вмешалась в работу его мозга и помогла стабилизировать эмоции. Поэтому он принял взвешенное и единственно верное в подобной ситуации решение, потребовав, чтобы к модулю никто не прикасался и ни в коем случае не пытался его отключить. В процессе распаковки твой мозг мог серьезно пострадать. У тебя могла деформироваться личность. Ты также мог остаться калекой, поэтому в целях безопасности я сочла возможным по очереди воздействовать на присутствующих в комнате субъектов с целью недопущения принятия ими неверных решений».