— Она будет сильной колдуньей, — радостно воскликнула Вальбурга. — Жаль только придется тебе забыть об этом. Не дело так привязываться к маггле. Обливэйт.
***
— Как видишь, ты не всегда относилась к обычным людям с презрением. Ребенку сложно понять и объяснить, чем же другие дети лучше или хуже, чем он, — прокомментировал ситуацию Пирс. Повернувшись, он увидел, что девушка беззвучно плакала. Достав платок, он хотел вытереть ее слезы, но она ударила его по руке.
— Мне не нужна ваша жалость, — с яростью и болью в голосе сказала она. — Пойдемте бередить мою душу дальше.
— Даже и не думал вас жалеть. Но любой человек достоин сочувствия, — ответил Влад, вложив в ее руку свой платок. Хотя все это, конечно, были лишь образы, созданные разумом. Еще один переход, и они оказались в школе. Белле было на вид четырнадцать-пятнадцать лет, и она шла, держась за руку с мальчиком со Слизерина, гуляя вокруг Черного Озера.
— Я помню его, это Марк Саммертайм, талантливый полукровка и мой однокурсник. Мне он нравился, не был таким чванливым как остальные, но я не помню, чтобы гуляла с ним, — прокомментировала Белла, нахмурившись.
— Думаю, вы многое не помните, Мисс Блэк, — ответил ей Пирс.
— Белла, — вдруг заговорил Марк, остановившись на месте и повернувшись к ней. — Я понимаю, что твоя семья никогда не даст нам быть вместе, но я все же должен сказать, что никогда и никого так не любил. С того самого дня, как ты ответила мне взаимностью, я был самым счастливым человеком на свете.
— Мы можем сбежать! Сделаем так же, как моя сестра Андромеда! — воскликнула Белла, которая, как настоящая Блэк, если что-то решила, то не отступит до последнего. Ходила даже поговорка такая среди аристократии Англии, когда речь заходила об упертом человеке: «Упрямый как Блэк».
— Ты ведь знаешь, что тебя не отпустят. Ты уже обещана Лестрейнджу и… — попытался переубедить ее парень.
— Мне все равно! — пылко и страстно девушка обняла парня и доверчиво прижалась к его груди. — Слышишь, мне все равно! Даже если мне придется пойти против всего мира, свою любовь я не отпущу.
— Я знаю, любимая, я знаю, — поцеловав ее в лоб, сказал он, вытащив палочку за ее спиной. — Но моей семье угрожали… Прости. Обливэйт.
— Я вспомнила, — пытаясь держать себя в руках и не дать слабину, проговорила, источая гнев, взрослая Белла. — Я все вспомнила. Я встречалась с Марком целых полтора года. Как он мог так со мной поступить? Как он мог меня бросить?! Я же любила его!
— Потому что он был слаб и знал, что не сможет тебя удержать. Не сможет бороться с Лестрейнджами и Блэками. Видимо, отсюда происходит твое преклонение перед сильными, — задумчиво проговорил Пирс. — Обливэйт может заблокировать память, но не эмоции. Остаточные ассоциации тоже остаются.
— Откуда ты знаешь? — зашипела она не хуже кошки.
— Мы в твоем разуме. Думаешь, я не покопался в нем, чтобы тебя найти? — спросил Влад, который, впрочем, не испытывал никакого удовольствия наблюдая за столь личными переживаниями. — Готова идти дальше?
— Не считай меня слабачкой! — огрызнулась она. Ей не нравилось, что незнакомый человек копается в ее памяти. Но, с другой стороны, было ли лучше показать это кому-то знакомому? Нет, точно нет. Довериться незнакомцу, которому на тебя плевать, гораздо проще, чем родному человеку. Если бы Белла интересовалась психологией простых людей, то знала бы, что это называется эффектом попутчика.
***
Следующим воспоминанием было знакомство юной Беллы с загадочным мистером Гонтом на приеме у Розье. Бальный зал был похож на Блэковский, только оформлен в бежево-золотых тонах. Белла стояла в стороне, с тоской наблюдая за танцующими парами.
— Родольфус никогда не любил танцевать, — вдруг начала комментировать с грустью Белла. — Он вообще меня не любил. Как и я его. Только расчет и выгода для наших семей свели нас.
— С чего такая откровенность? — спросил Влад.
— А смысл скрывать, если ты и так копаешься в моем нижнем белье и раскрываешь воспоминания, о которых я сама не знала? — она уже устала на него злиться. Девушкой она была страстной, но и отходчивой.
— За что прошу прощения, — ответил Пирс, наблюдая, как к Белле в воспоминании подходит Гонт с бокалом шампанского.
— Не стоит. Вы делаете то, что выгодно вам, я делаю то же самое. Не стоит делать вид, что вам не все равно, — с другой стороны, Белле почему-то хотелось, чтобы Пирсу не было все равно. Она внимательно всматривалась в его лицо и заметила только то, что он очень негативно относится к Гонту. Будто тот его личный враг.
— Кто оставил такую прекрасную розу одну? — спросил Гонт у более молодой Беллы. Воспоминание продолжалось.
— Может быть, роза хочет быть одной? — подняв бровь, ответила она вопросом на вопрос.
— Люблю девушек с шипами, — посмотрел он ей в глаза, изогнув уголки губ.
— Мне должно быть дело до вашей любви? — гордо встретила она мужской взгляд, как вдруг ее глаза осоловели, и она, приняв его протянутую руку, начала танцевать.
— Что это? Зачем было стирать мне память об этом событии? — удивилась Белла.
— Думаю, и так понятно, грубо работает ваш Темный Лорд. Обошел защитные амулеты, ударил ментальным ударом и начал в танце вас обрабатывать.
— Вы работаете еще хуже, — не преминула поддеть Белла Пирса.
— Уели, но у меня и выбора особого не было, учитывая разницу в нашем положении, — он и не думал как-то оправдываться.
— Мистер Гонт в то время тоже не обладал особым влиянием, так что, скорее всего, думал так же, как и вы, — Пирсу было неприятно такое сравнение, но на правду не обижаются.
— Тут интереснее другое, — Влад перемотал воспоминание назад и показал на стоящего в сторонке Родольфуса, который все видел, а его удерживал брат, Рабастан.
— Они все видели! — разгневалась девушка, увидев такую картину. — Меня просто предали!
— Скорее посчитали разменной монетой. Политика, она такая. Впрочем, если бы у вашего жениха действительно были чувства к вам, то он вызвал бы Волдеморта на дуэль и…
— Умер бы, — пробормотала Блэк, признав, что с такой стороны этот вопрос не рассматривала.
— А сейчас я хочу вас предупредить. Следующее воспоминание даже мне было тяжко смотреть, вы действительно хотите знать ВСЕ? — спросил Пирс.
— Вы меня не напугаете! — вот только она еле сдержала дрожь в коленях. Ведь если все предыдущее никак не задело Пирса, то что же там дальше такого, что даже его проняло?
— Я не пугал, я предупреждал, — с печалью ответил Пирс, а Белле стало совсем страшно.
***
Следующее воспоминание началось в горящей деревне. Воздух пропах кровью, запахом пожаров и агониями людей. Белла смотрела на свои руки, омытые кровью, в неверии и страхе. Перед ней лежал мужчина, располосованный пополам, с вытекшими внутренностями. Она сама распотрошила его секо. Ее рвало прямо в эту массу. Еще и еще, пока не начала выходить только желчь.
— Снова сорвалась? — недовольно произнес Волдеморт в маске-черепе и черном балахоне. — Подумаешь, убила маггла.
В стороне Родольфус вместе с Рабастаном тащили рыдающую женщину, которую разложили прямо на траве, сковав инкарцеро. Рабастан начал стаскивать штаны с себя, а его брат раздел девушку чарами. Белла подняла палочку и отбросила их от девушки.
— Защищаешь магглу? Тогда займи ее место, круцио! — закричал в гневе Воландеморт. — Рабастан, Родольфус, кончайте с этой магглой, у нас тут защитница грязнокровок нашлась.
Дальнейшее можно назвать только безумием. Девушку насиловали толпой и истязали круциатусами до такой степени, пока на поверхность не вышла ее безумная половина, которая от этого начала испытывать наслаждение. Белла с неверием наблюдала, как вся покрытая семенем лижет ботинки Гонта, испытывая от этого невообразимое счастье и удовольствие. Сам Волдеморт, кроме накидывания круциатусов, в веселье участия не принимал. Более того, он убрал следы насилия и стер всем память, чтобы никто даже случайно не проговорился. Только Пирс понимал, что, скорее всего, разорванная черная душа Гонта испытывала ограниченный набор чувств. И наслаждение чужими страданиями и унижениями — одно из них. Этого зрелища Белла выдержать не смогла, и на этот раз она сама не заметила, как обняла Пирса, плача у него на груди. Будто маленькая девочка, она искала хоть у кого-то защиты от этого кошмара. Особо опыта в утешении девушек у него не было, зато была ауры вейлы, так что кое-как он справился. Дальше было еще несколько подобных случаев, когда истинная личность Беллы всплывала на свет и Волдеморт делал все возможное, чтобы загнать ее назад. Когда ментально подавлял, когда истязал и унижал.